Из машины выскользнули двое, направились к подъезду, в который только что зашла Адалина.
Ну ты хоть по сторонам-то посмотрела бы, прежде чем входить в замкнутое помещение! Этому ещё детей малых учат! Как она вообще до своих лет дожила с такой осмотрительностью?!
Пока я доставал из бардачка пистолет, прятал его в карман и выпрыгивал из тачки, мне позвонили.
Адалина.
Я нажал на кнопку ответа, но ничего не сказал, почуял, что надо призаткнуться и прислушаться. Она тоже ничего не сказала. У неё была включена громкая связь. Чтобы я всё слышал. Умница.
То, что я услышал, придало мне экстремального ускорения.
Глава 9
Когда следом за мной зашли двое, я нажала на телефоне кнопку быстрого набора — Гридин у меня был записан под номером один.
Я сразу поняла, чем пахнет дело, ещё тогда в ресторане, когда Демьян написал мне смску. И записала его номер, как номер экстренной связи. Потому что, в случае чего, в полицию я явно не успею дозвониться.
Я даже руку из кармана не успела достать, как меня схватили за локоть, затащили под лестницу и со всего размаху прибили спиной к стене. Ещё и головой ударилась, аж зазвенело.
— Что вам нужно?!
Они не ответили. Только ударили кулаком под дых, так что я пополам согнулась. Ни крикнуть, ни вздохнуть.
Я лишь могла надеяться, что меня просто изобьют, и насиловать не будут. Времени не так много, подъезд проходной, тут камеры, которые, надеюсь, рабочие, да и я не собиралась смирно принимать свой приговор.
Я пнула одного из них под коленку, второго ударила сумочкой по лицу.
— Сука!
Мрази на мгновение растерялись, но из окружения меня не выпустили. От звонкой пощечины у меня перед глазами завертелся калейдоскоп. Я сползла вдоль стены, меня свалили на бок и ударили ногой.
Кричать я не могла, только хрипеть беспомощно, потому что способность кричать эти драные ублюдки у меня отняли первым же ударом. Работали явно профи. Я сжалась, готовясь к новой волне боли, и в этот момент раздался оглушительный грохот.
Дверь подъезда распахнулась с такой силой, что, казалось, из петель вылетит. Створка грохнула о стену, выбивая с неё осколки штукатурки. В тусклом свете проема возникла огромная, тёмная фигура. Мозг, затуманенный болью и страхом, тщетно пытался ее идентифицировать. Ноги, руки, туловище – все слилось в одно стремительное движение, потому что человек действовал быстро и профессионально. По-военному, сразу почему-то подумалось мне.
Я услышала отвратительный хруст, и один из нападавших рухнул, как мешок, исчезнув из моего поля зрения.
Давление чужого ботинка на моем боку ушло. Второй, тот, что стоял надо мной, отвернулся от меня, пытаясь защититься от града сильнейших ударов в голову и корпус, которые привели к безоговорочному нокауту.