После завтрака он заявил:

— Я тут полку в ванной повешу.

— Не надо.

— Да ладно, чего ты. Тут пять минут.

Через семь минут в квартире погас свет.

Я молча вышла в коридор.

— Кажется... что-то коротнуло, — осторожно сказал он.

— Правда?

— Ну... бывает.

— Конечно. Особенно у людей, которые два года назад рассказывали, что я без них даже лампочку поменять не смогу.

Пришел электрик из управляющей компании.

Невысокий мужчина лет сорока, в рабочей куртке, с усталым лицом человека, который за день уже видел столько бытовой самодеятельности, что мог бы открыть музей мужской уверенности.

Он посмотрел на щиток, потом на просверленную стену и коротко спросил:

— Это кто так удачно попал в проводку?

Я кивнула в сторону кухни.

Игорь старательно делал вид, что изучает инструкцию от дрели.

— Бывает, — дипломатично сказал мастер.

Еще через пять минут свет снова появился.

Я протянула деньги.

Он покачал головой.

— Платить не нужно. Это аварийная заявка от управляющей компании.

Тут я впервые поняла, что год назад дом не зря воевал за новую управляющую компанию.

Надевая обувь, электрик, как бы между прочим, сказал:

— Только дрель сегодня лучше больше никому не давать.

Когда дверь закрылась, Игорь фыркнул.

— Тоже мне специалист.

Я посмотрела на дыру в стене, на погасшие электронные часы, которые начали заново мигать двенадцатью нулями, и на Игоря, который уже успел обидеться не на то, что оставил меня без света, а на то, что кто-то оказался компетентнее его.

За двенадцать лет брака я привыкла считать, что рядом со мной человек, который может решить любую проблему.

Только вот на самом деле оказалось, что большинство проблем приходит вместе с ним.

***

Вечером я вернулась с работы и не сразу поняла, что изменилось.

Потом увидела.

В моей комнате моя любимая лампа стояла в углу.

А кресло было передвинуто к окну.

— Это что? — спросила я.

— Я немного переставил мебель.

Игорь даже не поднял глаз от телефона.

— Так удобнее.

— Кому удобнее?

— Всем.

— Нас здесь трое, и Алиса почти не бывает в этой комнате.

— Вот именно.

Я молча смотрела на кресло.

Когда-то оно стояло именно у окна, но мне нравилось читать вечером, и я переставила его к торшеру. Тогда Игорь три дня объяснял, что я испортила весь интерьер, а потом смирился с видом великомученика, который вынужден жить среди чужих дизайнерских преступлений.

— И еще, — продолжил он. — Мы договорились на воскресенье.

— Мы?

— Да. Мы с тобой и Алиской едем к маме.

Я решила, что ослышалась.

— К какой маме?

— К моей, конечно.

Я рассмеялась.

Не специально.

Само получилось.

— Игорь, мы развелись два года назад.