— Мне от тебя надо, как говоришь, знать все планы Ельцина. Куда он поедет, что он будет делать, с кем говорит, чего хочет? Это понятно? — Давно пора было спросить, не потерял бы этот теоретик допроса почти час нашего общего времени. Теперь надо дополнить свой портрет дополнительными чертами тупорылого слесаря.

— Так я, начальник, ничего толком не знаю, мужики ходят к Борису Николаевичу, а чего говорят, не слышу, в приёмной сижу. А уж куда президент поедет и чего делать собирается, вовсе не знаю. Это лучше у Ольги Михайловны спросить, она в этих делах больше меня понимает. Я же только руками умею работать, в заводе слесарем был. Тут умение появилось раны лечить да похмелье снимать, удалось устроиться к Борису Николаевичу, подфартило. Но, опять руками. А головой я плохо разбираюсь, кабы не полковник, меня бы давно из института вышибли. Зато кончу институт, стану санитарным врачом в нашем районе, буду деньги лопатой грести. Мне один шофёр рассказывал, что главного санитарного врача возит, какие тому деньги суют! И я так хочу.

— Да ты точно идиот. — Грустный комитетчик поверил моей «исповеди», поднялся со стула и крикнул своим подручным. — Займитесь этим зверем. Но помните, скотина не стерильна!

Как я понимаю, это намёк на мульфильм о Карлсоне, где примерно так выражается фрёкен Бок. Да, сейчас придётся вытерпеть побои, тут и посмотрим, насколько они на стороне добра. Начнут бить по лицу, значит, не собираются вербовать и не посланцы Коржакова. Иначе бы не стали портить мой внешний вид.

Дисциплинированные бугаи принялись избивать сразу, после десятка ударов в грудь и живот неожиданно перешли на лицо. И то, что кроме крови из носа побои не дали результата, их довело до настоящего озверения. Знали бы они, что и кровь из носа я пустил себе сам, точно бы застрелили меня из своих табельных пистолетов, заметных у них под пиджаками в плечевых кобурах. Минут через пятнадцать они окончательно умаялись, знать работали с полной отдачей, молодцы. У меня, к этому времени, текущая из носа кровь залила весь торс и норовила перейти на штаны трико.

— Семён Николаевич, молчит, сука! Надо химией проверить, пока не сдох. А потом пусть сдыхает, у нас хоть совесть чиста будет, полностью проверили. — Сходил на кухню с докладом один из бугаёв. Надо же, совесть у комитетчиков появилась? Я и не знал, что такое бывает с ними. Где они её прячут? Или в нужное время достают из сейфа на задание? Однако, такие оговорки показывают всю тёмную сторону наших бойцов. Пора мне своим спасением заняться, как утопающему. Пока Семён Николаевич бренчал посудой на кухне, видимо, доставал шприц и заполнял его нужным компонентом, я приготовился. Как только двое мужчин вышли из кухни, постарался усыпить всех четверых.