— Спасибо, Федя, от всей души спасибо, благодетель. — Пожал мне руку ЕБН, чтобы подойти к окну кабинета, насладиться утренним солнцем.
— Не забудь о подписке. — Проводил меня в приёмную Коржаков. Да, со всех сотрудников здания брали стандартную подписку о неразглашении. Уж и не вспомню, сколько я таких подписок дал в своих двух жизнях.
После этого в моей жизни наступила некоторая суета, не проходило и дня, чтобы два-три человека не приходили ко мне в кабинет, вызывая в коридор. Якобы покурить на лестничной площадке. Где могли ожидать до трёх-четырёх страдальцев, гулявших вместе накануне вечером. Моя известность среди сотрудников и начальства росла день ото дня. Даже начали приглашать с других этажей, что не давало мне никакой пользы. Ни одного знакомого персонажа среди клиентов так и не встретил. Как говорится, ни Бурбулиса, ни Гайдара, ни Чубайса в свои клиенты не получил. Правда, я никогда не был политически подкован, мог просто не узнать.
При моей работе оперативника не до политических новостей было в прошлой жизни, не каждый день домой ночевать приходил. Какие уж тут новости? Поэтому, сомневаясь, что узнал бы Яковлева или какого-нибудь Бурбулиса при встрече. Но привычки оперативника никуда не денешь, запоминал и запоминал, наводил связи среди обслуги и мелких клерков. Не забывал, что девятнадцатое августа приближается. За неделю до этой даты обратил внимание, что атмосфера в Белом доме накалилась и коридоры затихли. Якобы многие разъехались по отпускам. Прекратились разговоры, большинство офицеров КГБ и мелких клерков таинственно молчали. Практически перестали употреблять, за неделю вместо десятка клиентов на лечение от похмелья попался всего один. И тот оказался простофилей, настоящим автослесарем. Должен же кто-то разбираться в машинах и их ремонтировать. Среди офицеров мало подобных знатоков. Один ЕБН, напротив, лечился у меня каждое утро. Последние два дня вместе с Коржаковым. Видно было их напряжение.
Глава 13 Начало
Утром семнадцатого августа я предложил Коржакову, кроме снятия похмелья, снять и усталость. Прямо тут, в кабинете Ельцина.
— Как это? — буркнул по привычке полковник.
— А вот так, — я провёл рукой у него за спиной и отошёл.
Коржаков прислушался к своим ощущениям. По опыту знал, что ему сейчас хочется бегать, прыгать, тяжести поднимать, даже петь. Примерно, как при снятии похмелья, только ещё силы прибавляется.
— Если каждые четыре часа так делать, можно три дня не спать, на себе проверял. Да на знакомых тренировался, на очень близких. Кроме меня только двое знают, но они в Перми живут, давно это было.