Утром дождь начался опять, как говорится, снова да ладом. Как я полагал, добрая половина девушек нашей группы на картошку не явились. Думаю, появятся через неделю с больничными листами. Хотя в эти годы студентам вроде справки дают, как школьникам? Не помню, а в этой жизни сам не получал. Едва выехали из города, две девушки и три парня начали кашлять, а ещё четверо вытащили из карманов огромные платки и принялись шумно сморкаться. Пожалел, воздействовал на них своей внутренней энергией, чтобы к картофельному полю все приехали поздоровев. В этот день пришлось совсем тяжко, не только по причине отсутствия трети группы, хуже всего была непролазная размокшая земля на поле.

Потому мы собрали около половины вчерашнего результата, что не помешало всем загрузить полные вёдра картошки домой. Работали мы честно, вымотались полностью. Поэтому нас сильно удивил какой-то колхозный или совхозный чиновник, подъехавший к нашему автобусу по окончанию работ. Мало того, что он принялся ругать нас за невыполненную норму (интересно, кто нам эту норму довёл?), более того, дал команду отобрать у нас всю собранную картошку, дескать, не заслужили. Я демонстративно высыпал свою картошку на обочину, куда ссыпали все горожане. Картошка по-прежнему стоила в магазине восемь копеек килограмм, хоть мелкая и грязная, так что жадность приехавшего начальника была необъяснима. Может, ему просто хотелось покуражиться, насладиться властью? Девушки из общежития молчали, непонятно на что надеялись, как раз для них ведро отборной картошки было ценностью.

И надежда их не подвела, у крикливого начальника неожиданно громко заурчало в районе живота, даже запахло нехорошо, и он резво поспешил за ближайшие кусты. А мы уехали, не собираясь дожидаться результатов сидения начальства в кустах. Меня водитель уже привычно высадил у поликлиники, а девушки громко и демонстративно прокомментировали якобы шёпотом:

— У него здесь массажный кабинет и две любовницы работают.

По дороге домой я получил у Олега список из пяти фамилий, с марками машин и адресами владельцев. Один жил неподалёку, к нему сразу и зашёл, извинился за поздний визит и объяснил суть. Невозмутимый мужчина показал мне машину, стоявшую, между прочим, в железном гараже возле дома. Эта была тоже «копейка» семьдесят второго года выпуска, но, судя по виду и накатанным километрам, практически новая. Даже резина в прокладках не сгнила.

— Дедово наследство, он на ней почти не ездил. А мне гараж нужен, «Волга» у меня, новая, — объяснил, разводя руками, двадцатипятилетний парень.