— Для заработка на хорошую жизнь мне хватило бы среднего медицинского образования и массажного кооператива. Учиться в мединституте, скажем прямо, не моя идея. — Я многозначительно показал пальцем в потолок. Для советского человека вполне понятный жест — либо начальство, либо КГБ. — А тут эти слухи по институту, Вы же не хотите появления сотрудников КГБ? Которые начнут официально отбирать подписки о неразглашении с грацией бегемота. Как они дискредитируют учреждение? Какие разговоры пойдут вокруг нас и Вас? Да и до горкома могут добраться сплетники, раздувая слухи, надо ли это нам обоим? Меня просто переведут куда-нибудь, в Пермь или Новосибирск. А ваш коллектив вновь начнёт болеть в три раза чаще, да ещё окажется в чёрном списке КГБ.
— Да уж, печальная перспектива, такого результата не хотелось бы, — решился высказаться ректор после некоторой паузы.
— Тогда, не дожидаясь офицеров, проведите беседу с сотрудниками института. Если надо, отберите у болтунов подписки о неразглашении. Вам, Петр Петрович, виднее, да и я доверяю полностью. Не хочется переезжать в Новосибирск, привык к нашим преподавателям, они настоящие специалисты и люди порядочные. Вроде всё сказал, или у вас есть вопросы? — Я замер, поднявшись со стула.
— Да, можете идти. — Вернулся из задумчивости к своему образу начальника ректор.
Уверен, он первым делом начнёт звонить в КГБ, интересоваться моей фотографией, не фальшивка ли она. Там подтвердят подлинность, как и звонок Коржакова о проверке. Но, как принято в этой организации, говорить будут туманно, в основном намёками. Вполне возможно, что ректор расскажет офицерам о моих лечебных умениях, невольно подтвердит их подлинность, а не мошенничество. Как обычно, в институт придут один или два офицера, выяснять всё на месте. Получат информацию из первых рук и вновь напугают педагогов моей связью с секретной и могущественной (пока, до двадцать первого августа) структурой. Не знаю, чем всё закончится, но Коржакову обязательно позвонят и расскажут о моих действительных лечебных дарованиях.
Тот очередной раз убедится, что я не мошенник, пока этого достаточно, чтобы мне стало легче жить и работать. Хотя, полковники могут попробовать завербовать меня, просто так, про запас. Посмотрим, что они придумают, постараюсь сделать им и себе приятное, совместить его с полезным. В любом случае, муравейник я разворошил, и уголовники несомненно удивятся, отметив мои посещения Большого Дома, как называют в Свердловске здание КГБ. Уверен, что мои передвижения по городу урки отслеживают, замечал пару раз хвост за собой. Не клиенты же за мной следить станут? Интересно, чем меня попытаются запугать мои вербовщики?