который продолжал движение по рассчитанной траектории, не отклоняясь ни на градус. Ева углублялась в обучение, запоминала формулы и схемы, повторяла правила, но внутри неё оставалась маленькая незафиксированная область, где слова о мужской вине сталкивались с воспоминанием о двести двадцать втором, который когда-то строил рядом с ней линию из цилиндров и молча возвращал на место откатившуюся деталь, и это столкновение пока не оформлялось в протест, но уже превращалось в вопрос, на который ни одна схема не давала ответа. Так и шли их годы. Глава 14. Взгляд Ева вытянулась за эти годы так, что в зеркальных панелях коридоров всё чаще ловила своё отражение и каждый раз задерживалась на мгновение дольше положенного, отмечая, как изменились плечи, как линия шеи стала тоньше, а взгляд карих глаз – спокойнее и глубже. Она училась лучше всех на потоке, запоминала схемы с первого раза, легко ориентировалась в навигационных задачах и быстро схватывала логические цепочки политических модулей, и преподавательницы всё чаще приводили её в пример, произнося имя с одобрением, которое нельзя назвать тёплым, но которое ощущалось как знак признания. Мара этого не прощала. Она всегда сидела прямо, говорила уверенно и отвечала первой, даже когда знала ответ лишь приблизительно. И между ними давно установилось негласное соперничество, в котором Мара видела арену, а Ева – лишь необходимость. В столовой Ева сидела то одна, то с Элисой, выбирая крайние места, откуда удобно наблюдать за залом и не быть в центре разговоров. Элиса обычно ставила поднос рядом, устраивалась боком на стуле и некоторое время молча ела. – Ну вы обе вообще… – начинала она всё время одинаково, ковыряя ложкой синтетический десерт. – Я уже не знаю, что вам говорить. Мы же с детства вместе, помнишь, как ещё в младшем блоке под столами прятались, когда проверяющие шли. Ева пожимала плечами и смотрела в тарелку. – Помню. – Тогда всё было проще, – продолжала Элиса. – Никто никого не считал по баллам, никто не мерился рейтингами. Ева вздыхала. – Я правда не хочу ссориться, Эл, – говорила она тихо. – Мне это вообще не нужно. Элиса смотрела на неё внимательно, словно проверяя, не врёт ли она сама себе. – Тогда почему ты просто не подойдёшь к ней? Ева качала головой. – Я подходила. Несколько раз. Она делает вид, что меня нет. Элиса бросала взгляд через зал, туда, где сидела Мара, выпрямив спину. – Она сейчас вся в этом, – говорила Элиса. – Ей важно быть первой. Ей кажется, что, если расслабишься, тебя сразу съедят. –