его находилось именно на мостике, где располагались главные панели расчёта курса. Полукруглая стена экранов медленно переливалась координатами, светящимися линиями маршрутов и отметками других Кораблей флота, а в центре пространства стояли несколько консолей, каждая из которых отвечала за свой участок расчётов. Ева заняла место у навигационного пульта рядом с капитанским креслом, и отсюда ей было видно всё: медленно вращающуюся модель пространства, обновляющиеся траектории, графики гравитационных полей и тонкие нити маршрутов, которые соединяли Корабли между собой. Она всегда любила это место. Здесь всё подчинялось строгой логике чисел и координат, здесь не было скрытых интонаций, как в дипломатии, и не было двусмысленностей, которые можно было бы спрятать за словами. Но именно здесь она начала проверять слова Элисы, и чем дольше она этим занималась, тем сильнее ощущала, что спокойная математическая поверхность данных скрывает под собой что-то другое. Сначала она действовала осторожно. Ева открыла журнал запусков исследовательских капсул и начала просматривать записи последних недель, прокручивая таблицы медленно и внимательно, словно пытаясь услышать в этих сухих строках чужую ошибку. Даты, координаты, состав исследовательских групп, время выхода из ангара и отметки возвращения выглядели безупречно; каждая капсула имела свой номер, каждая миссия завершалась отметкой «возврат подтверждён», и вся система выглядела так, будто ни одного сбоя за последние месяцы не происходило. Ева нахмурилась и перешла к следующему уровню данных. Она открыла архив телеметрии, где фиксировались сигналы капсул во время полётов, и стала проверять их по очереди, сравнивая отметки времени, уровни сигнала и координаты возвращения. Система показывала одинаково ровные графики, сигналы обеих капсул фиксировались, данные поступали на сервер, траектории сходились к Кораблю, и никакой разницы между первой и второй капсулой обнаружить не удавалось. И всё же внутри оставалось ощущение, что что-то не совпадает. Она переключилась на камеры ангара и начала просматривать записи запусков. Капсулы действительно уходили парами, их корпусы блестели в свете прожекторов, когда створки ангара открывались и холод космоса медленно втекал внутрь. Камеры фиксировали подготовку экипажей, запуск двигателей и момент, когда капсулы исчезали в чёрном пространстве за пределами Корабля. Потом Ева начала искать записи возвращений. На экране появлялись короткие фрагменты: открывающиеся створки, вспышка тормозных