— Попробую наняться к кому-нибудь, но теперь воевать против императора некому, — ответил я.
— Зря ты так думаешь. Друзья написали мне, что король Франциск собирает большую армию для наступления на Ломбардию. Так что скоро будет много желающих нанять твой отряд, — сообщил Филибер де Шалон и задал вопрос: — Когда начнется вторжение, пойдешь служить ко мне?
— Это будет честью для меня! — произнес я.
Вот так неожиданно нарабатываются деловые связи. Надо будет чаще ходить по библиотекам.
9
47
В августе французская армия под командованием битого, в том числе и мной, Оде де Фуа добралась до Генуи, которая с радостью открыла ворота, а потом до Алессандрии. Первого октября французы осадили Павию и через четыре дня захватили ее, потому что гарнизон был слабый во всех смыслах слова. Неделю там продолжались резня и грабежи. Осаждать Милан, в котором засел с крепким гарнизоном Антонио ди Лейва, французы не решились, пошли на юг. Двигались очень медленно, чтобы не нарваться на имперскую армию, все еще грабившую Рим.
Шестого декабря после выплаты первой части выкупа в размере семьдесят тысяч дукатов имперская охрана покинула замок Ангела, остался только караул на воротах. Следующей ночью Папа Римский сбежал из-под стражи. Ему помог начальник караула Луиджи Гонзага то ли из религиозных соображений, то ли за хорошие деньги, то ли два в одном. Понтифик под видом зеленщика был препровожден за пределы города и отправился на север, навстречу своим союзникам. К тому времени в городе уже не осталось продовольствия и тех, с кого можно содрать хоть что-то, поэтому ландскнехты и всякая шушера, выдававшая себя за них, начали разбегаться. Процесс этот резко ускорился в середине января, когда появились первые больные чумой. По моим прикидкам, в Риме обитало всего тысяч десять жителей: небольшая группка богачей, у которых были сильные покровители, и беднота, которой нечего терять.
Я приехал в очередной раз в Апостольскую библиотеку, чтобы вернуть рукопись, которую брал домой, и взять другую. Там шла подготовка к отъезду Филибера де Шалона: на арбы и телеги грузили мебель, конфискованную из Бельведерского дворца. За этим процессом наблюдал лично фюрст Оранжа. У нынешних старших командиров, как по мне, нездоровая тяга к красивой мебели.
— Хорошо, что ты пришел. Уже собирался послать за тобой, — сказал он. — Мне приказали со всеми отрядами, которые смогу нанять, следовать в Неаполь. Присоединяйся. По прибытию туда с тобой будет заключена кондотта на типичных условиях.
Я и сам подумывал, что давно пора свалить, но, несмотря на вторжение французов, желающих нанять ландскнехтов не наблюдалось. Предложил через венецианского купца наши услуги его республике, которая, пользуясь слабостью союзника, оттяпала у Папского государства Равенну и Червию и несколько небольших замков на Адриатическом побережье. Наверняка им нужны гарнизоны в эти города. Ждал ответ долго и безрезультатно. Предложение Филибера де Шалона было не очень заманчивым, потому что решение о найме моего отряда будет принимать не он, но других все равно не было, а оставаться в голодном и зачумленном городе не имело смысла. Если откажут, досидим до тепла в Неаполе, а потом двинемся на север в сторону королевства Венгрия. Деньги у нас есть и немалые, не пропадем.