Роль личности невероятно важна. Но обычно все зацикливаются на фигурах правителей — Наполеон, Гитлер, Петр I, Сталин, Ленин и другие. Но ведь мир зачастую сильнее меняется благодаря иным людям, не обладающим огромной властью, но не менее сильно влияющим на судьбы человечества. Что было бы, если бы не существовало Коперника, Дарвина, Аристотеля? Фарадея, Лавуазье, братьев Райт? Шекспира, Дюма, Адама Смита? Платона, Бетховена, Микеланджело? Кортеса, Цезаря, Фрейда? Макиавелли, Генри Форда, Гомера? Стива Джобса, Ротшильда, Коко Шанель, Билла Гейтса или Илона Маска? Сотни, тысячи имен… кто-то известен более, другие — менее, третьи — вовсе забыты, их имена стерты из памяти людей, и лишь в редких воспоминаниях очевидцев событий можно отыскать строки об их свершениях, изменивших будущее.

Одним из таких людей был Зальцман. Забытый герой, сумевший в рекордные темпы создать поточное производство столь нужных стране танков. Конечно, он работал не один. И каждому человеку, отдавшему себя и свои силы на благо страны, можно было ставить памятник. Каждая машина, созданная на заводе, была на счету, каждый экипаж вложил свою часть в великую победу.

Секретарша пропустила меня в кабинет Зальцмана без лишних вопросов. Он сидел за широким, покрытым зеленым сукном столом, и что-то быстро писал в толстой папке, коих перед ним высилась целая гора.

Кабинет директора был обставлен весьма лаконично. Ничего лишнего. Шкафы, забитые документами, стол, несколько стульев, карта города на стене.

— Буров? — Исаака Моисеевич поднял на меня взгляд, оторвавшись от документов. — Как же, как же! Ждал! Заходи и погоди минутку…

Я прошел в кабинет, стесняясь и теребя кепку в руках, сел краем зада на стул, поерзал, жестко. Ничего, все терпят, и я потерплю.

Наконец, он закончил с делами и встал из-за стола.

— Слушай, Дмитрий, тут такое дело… — я сразу напрягся, но вроде бы ничего плохого не предвещалось, и Зальцман продолжил: — Меня попросили вручить тебе награду. В приватной обстановке. И с просьбой… точнее, указанием, пока ее не афишировать. Так что держи!

Он открыл верхний ящик стола, достал оттуда небольшую коробочку и передал ее мне, пожав при этом руку.

— Поздравляю, Буров! Рад, что не ошибся в тебе!

Я взял коробку и открыл ее. При свете лампы поблескивал скромный на вид орден, но я сразу его узнал. Одна из высших наград, которую вручали проявившим особую храбрость и мужество при непосредственной боевой деятельности — «Орден Красного Знамени».

— И еще велели передать тебе подарок, — продолжил, между тем, Зальцман и вытащил из того же ящика пистолет в кобуре. — От товарищей из Народного комиссариата внутренних дел СССР за проявленную бдительность!..