— Где твой дружбан шатается? Обещал сегодня быть на полчаса раньше, и нет его!

— Не знаю, — пожал я плечами, — я не видел Лешу со вчерашнего вечера.

— Он ножик у меня попросил, — мрачно сообщил Петр Михайлович, — складной, я его всегда с собой ношу. Сказал, надо на всякий случай!..

Я заволновался. Как видно, Леха задумал что-то опасное. Зачем ем оружие? Его сегодняшний прогул, плюс ножик, да еще некая информация, которую он собирался поведать мне вчера, но так и не успел этого сделать — все вместе составляло тревожную картину. Не случилось бы чего…

Бригаду Зуева я видел при входе в цех в полном составе. Они трудились в поте лица на сборке, и ничего подозрительного в их поведении я не заметил. Правда, я и не вглядывался особо. Но сомневаюсь, что даже будь они в чем-то замешены, я увидел бы это на их лицах или в поведении.

До обеда Леша так и не появился. Я никак не мог сосредоточиться на работе, прокручивая раз за разом в голове все, что он успел мне вчера сказать. Информации было немного, он сообщил лишь, что следил за Зуевым и его людьми. Что он обнаружил? Вряд ли нечто преступное, иначе не тянул бы резину, а сразу бросился бы в милицию или, как минимум, с докладом к бригадиру. Уж Михалыч нашел бы способ схватить преступников, будь преступление делом доказанным. Но так не случилось, при этом нечто все же насторожило Леху, какой-то факт он посчитал важным, из ряда вон выходящим, раз так сильно разволновался?..

Гадать бессмысленно, нужно просто дождаться, пока Леша явится, и подробно его расспросить. Не может же он прогулять целую рабочую смену без уважительной причины? А раз Михалыч был не в курсе прогула, то Леша не отпросился… а человек он весьма обязательный и пунктуальный, всегда считавший, что лучше прийти на место встречи на полчаса раньше, чем на полминуты позже.

День тянулся медленно, я то и дело поглядывал в проход между рядами танков, надеясь увидеть фигуру Алексея, спешившего к нам. Петр Михайлович, видно, тоже слегка волновался, хотя виду не подавал, но хмурил брови суровее обычного и взвинтил темп работы по максимуму, чтобы чуть компенсировать нехватку одного члена бригады.

К тому же по цеху то и дело ходило начальство, контролируя происходящие процессы. То одна, то другая группа инженеров и технологов шествовала сквозь наш цех, останавливаясь и проверяя качество работы. Они горячо обсуждали что-то между собой, углубляясь в масштабные чертежи, которые раскладывали прямо на полу цеха. Основная их цель заключалась в ускорении процесса сборки танка за счет минимизации числа деталей. Жаль, я не мог никому рассказать, чем кончилось в итоге усовершенствование Т-34. Я помнил лишь, что количество деталей в итоговой сборке уменьшилось почти на треть, усилилась броня башни и корпуса, сменилась коробка передач — у текущей модели она была недоработанная, усилие на педали сцепления было около семидесяти килограмм, и танкист, чтобы отжать его, должен был упереться куда-то плечом или рукой, увеличилась быстроходность, маневренность, проходимость. Но до запуска модификации Т-34–85 было еще почти два года, и я никак не мог ускорить течение времени.