— С хорошей, — выбрал я, — хоть порадуюсь немного… а то если начнете с плохой, то и хорошая не в радость будет.

— Верно мыслишь, товарищ Буров! Итак, хорошая новость заключается в том, что тебя отзывают обратно на завод. Как видно, производство не может без тебя обойтись!

Умел Евсюков подколоть, ничего не скажешь. Но зачем меня столь срочно возвращают обратно? Вряд ли это связано со вчерашними успешными стрельбами или с Зальцманом. Он, конечно, похвалил меня, но, наверняка, тут же и забыл о моем существовании — у Народного комиссара были заботы посерьезнее. Да и Корякин говорил о неделе на полигоне, не меньше… и я никак не рассчитывал вернуться домой до нового года, до которого, кстати, осталось всего несколько дней.

— Я же тут всего три дня…

— Ничего не знаю, Дмитрий, уж извини. Мне сообщили, я передал. До обеда отработаешь, а потом уедешь на автобусе. До вечера можешь быть свободен, а с завтра с утра решай все вопросы уже со своим бригадиром, — тут он резко посерьезнел и добавил: — А от себя могу сказать — ты молодец! Выручил вчера весь наш экипаж!

— Повезло… — привычно отбрехался я. Но Евсюкова так просто было не провести. Он вчера, хоть и толком не видел, как я стрелял из пушки, но времени сопоставить некоторые факты у него хватило.

— Это не везение, братишка, это опыт… а уж где ты его набрался, тебе виднее…

Вот ведь черт! Не хватало еще, чтобы Евсюков начал делиться своими выводами с остальными. Тогда уж точно на меня обратит внимание отдел НКВД завода, а с ними шутки плохи. Они вообще ребята без чувства юмора.

— А плохая новость? — перевел я разговор на менее опасную тему.

— Просили передать, твой друг очнулся в больнице. Не знаю, о ком речь, но сообщили — проблемы у него с головой — не помнит ни черта… куда шел, кто напал — ничего сказать не может! Может, для этого и вызывают обратно — вдруг увидит тебя и сразу память вернется…

Я шумно выдохнул. Слава богу, Леха выкарабкался! В глубине души я опасался, что удар был слишком сильным, и он все же умрет. Счастливое везенье встречается лишь в книгах и фильмах, а в жизни все обычно складывается куда более печально. Но… он сумел!

— Спасибо! Я все понял, к обеду буду готов.

— Но до обеда ты еще наш! Поджог, пробитие и еще много чего, ты не забыл?..

Забудешь тут.

Мы подготовили танк, после отогнали его в низину, выбрались наружу, а дальше пошло-поехало. Сначала машину начали забрасывать бутылками с горящим бензином. Фотограф щелкал и щелкал затвором аппарата, делая снимки с разных ракурсов. Затем решили пройти проволочное малозаметное препятствие. Прошли успешно, опять фото. После приказали пройти замерзший ручей. Сделали. Без нареканий и проблем.