Казалось бы, идет война. Мы, пусть и находимся в глубоком тылу, но должны пахать за троих: за себя и за двух товарищей на фронте. И тут концерт, да еще какой! Всю труппу Академического Малого театра эвакуировали в Челябинск еще в 1941. А это более двухсот человек. Тетя Зина — большая любительница театра, рассказывала, что доставленные чуть позже декорации оказались слишком велики для местной сцены «Гортеатра», располагавшегося в здании бывшего «Народного дома», и их пришлось переделывать, частично обрезав. Актеров разместили кого куда смогли: по семьям, школам, гостиницам. Кто-то даже жил в самом театре в театральной уборной, где заколотили все окна. Челябинские же актеры, на время уступившие «Гортеатр» москвичам, около года работали в Шадринске.

И это было правильно, показывать, что жизнь продолжается. Что война рано или поздно окончится и начнется светлое и чистое время — наше будущее. После таких спектаклей и концертов люди выходили окрыленные, набираясь новых моральных сил, подпитываясь энергией, которую дарили актеры.

Интересно, еще можно достать билеты? Можно было бы пригласить с собой Анастасию Павловну, если она, конечно, согласится. Надо будет заглянуть в кассы, вот, правда, с деньгами у меня не густо… но наскребу как-нибудь. Если что, у тетки займу — не откажет. А отдам с зарплаты. Вот только с билетами могут оказаться проблемы — на такое мероприятие многие захотят попасть.

Подойдя к дому, где жил Леша, я увидел темную фигуру, вышедшую из арки прохода. На мгновение я напрягся, но тут же узнал покатые плечи Казакова. Бригадир сдержал обещание — за Лехой постоянно приглядывали, и даже сейчас, когда он вышел из больницы, подъезд сторожили.

— Дима, добрый вечер! — пророкотал Казаков и крепко пожал мою руку. Он был человеком большим, но вежливым и тактичным, вот только силу свою не всегда мог рассчитать. Рукопожатие вышло столь мощным, что я невольно охнул и затряс кистью в воздухе. Казаков смутился и добавил: — Прости!

— Ничего! Переживу! Ты Алексея охраняешь?

— Охраняю, — кивнул он. — И тебя дожидаюсь. Понимаешь… не справляемся мы… работы выше головы, и эти дежурства… сил не хватает, сказывается на качестве. Поэтому Петр принял решение выдернуть тебя обратно в город. Нужно чтобы Леша пока пожил у тебя какое-то время… так будет проще всего. Ты сможешь приглядеть за ним, а он за тобой. В одиночку никуда не ходите, только вдвоем.

— Значит, никаких новостей о преступниках?

— Нет. Ни в больнице, ни после выписки к Алексею никто не приходил, никто не проявлял интереса. И зуевцы вели себя спокойно, никакой паники не проявляли, работали, как обычно. После шли по домам. Полагаю, это ложный след. Они нормальные трудяги, наш Леша что-то перепутал.