– Какая? – спросил Дима.

– Да не знаю я, – устало ответил Миша. – Я не знаю, это всего лишь очередная зацепка. Но вопросов становится только больше. Что это за места, где они находятся? Кто управляет автобусом, почему он преследует людей? Почему его все игнорируют, словно нелепую байку для детей, хотя он, судя по всему, терроризирует людей уже не первое десятилетие?

– Ладно, – сказал Лешка, махнув рукой. – Я лучше займусь делом: пойду проверю рации.

Дима и Леша с девочками вновь собрались возле качелей. Последующие тридцать минут они провели в тишине, переговариваясь между собой едва слышно. Таня о чем-то перешучивалась с Лешкой, и лишь иногда тишину нарушал едва слышный сдерживаемый смех. Маша спокойно и без слов сидела на качелях, которые аккуратно раскачивал задумчивый Дима. Миша же все это время бродил возле расчерченной на земле схемы и внимательно изучал ее, силясь что-то понять. Через еще несколько минут раздался знакомый щелчок и гул.

– Тихо, – прошептал Леша. – Не держи их близко, только на расстоянии, а лучше вообще выключи: хватит и одной.

– Ладно, – ответила Таня. – Сам играй со своими игрушками.

Миша посмотрел в сторону друзей. Таня с Лешей все еще возились возле горы портфелей и мешков со сменной обувью, а Маша спокойно качалась на качелях. Случайно встретившись с ней взглядом, на этот раз Миша не стал отводить глаза. Маша улыбнулась и как-то неловко повернулась в сторону, скрыв лицо за длинными волосами, которые она распустила совсем недавно. Миша снова почувствовал какое-то волнение внутри. «Что это? Она стесняется на меня смотреть? Но покачать на качелях она попросила Диму, а не меня. Может быть, специально, чтобы я почувствовал ревность? Или просто побоялась спросить, потому что я был слишком занят? Или же это не значит ничего?» Вернувшись к своим друзьям, Миша уселся на свободные качели рядом с Машей и принялся разглядывать Лешкину рацию изо всех сил, хотя почувствовал, что взгляд Маши в этот момент упал именно на него.

– А можно я с ней пройдусь вокруг двора? – спросил Миша. – Может, что-то поймаю?

– Попробуй, – тихо буркнул в ответ Лешка.

Миша взял рацию и, отойдя на несколько шагов, повернулся к своим друзьям:

– Кто-нибудь хочет со мной?

– Не, – ответил Лешка, – мы тут посидим. Я специально вторую рацию достал, если что – вызывай.

– Хорошо, – сухо ответил Миша, отправившись наворачивать круги вокруг детского садика, убрав рацию под пальто.

«Вот ведь блин! – подумал он. – А я думал, она присоединится. Это было бы верным знаком. – Из-за подобных размышлений Миша начал тревожиться и нервничать все больше. – Хватит, – сказал он себе, – нужно перестать об этом думать. А то сам веду себя как влюбленная девчонка. У меня есть цель – выследить автобус. Вот было бы здорово, если бы я помог милиционерам его поймать! Может быть, мне бы даже медаль вручили. И объявили бы перед всеми. Перед всей школой. А может, и в газетах бы напечатали: мол, пионер Разумов помог милиции поймать злобную банду на черном автобусе, которая многие годы терроризировала город. Вот это да… – Миша мечтательно расплылся в улыбке. – Вот тогда посмотрел бы я на них всех. Ну а Маша, самой собой, призналась бы мне в любви и попросила бы пойти с ней на танцы. А я бы не отказался, мне ведь не жалко…»