Рация зашипела чуть сильнее. Миша насторожился. Внимательно вслушиваясь в звуки, он замер на месте. Треск, гул и завывания. Миша посмотрел на часы: семь часов сорок пять минут. Достав рацию, Миша покрутился с ней на месте, пытаясь поймать сигнал, но так ничего и не услышал. Вернувшись назад к друзьям, он выключил рацию и отдал ее Лешке.

– Ты слышал странные звуки, словно гул какой-то? – спросил Миша.

Леша отрицательно покачал головой. Миша устало вздохнул и опустил голову.

– Может, тогда по домам? – спросил Дима. – Охота сегодня не удалась ни на зайцев, ни на призрачный автобус, а еще математику сделать надо.

– Да, уже поздно, – согласилась Таня, – но вы все равно нас проводите, ведь правда же?

– Проводим, – с улыбкой ответил Дима.

Мише почему-то резко захотелось остаться одному. Захотелось быть упорным и одиноким исследователем, совсем как те герои из детективных рассказов, которые он читал в журналах. Замявшись на месте, он начал быстро придумывать повод, чтобы задержаться:

– Не могу… мне нужно… уместить все это в голове…

– Да брось ты страдать этой фигней, – ответил ему Лешка, – лучше идем все вместе.

– Нет, вы идите. Я хочу перерисовать всю эту схему к себе в блокнот, – уверенно сказал Миша.

– Да ты спятил! – закатив глаза, воскликнул Лешка.

– Нет, правда, идите, – настойчиво продолжил Миша. – Я же здесь живу, мне из двора выйти и дорогу перейти, а вам еще топать.

– Ладно, ты как знаешь, – сказал Дима, – а мне точно надо уже домой.

– Ну ладно, – удрученно согласился Лешка.

Попрощавшись со своим другом, компания отправилась к выходу со двора. А Миша, взглянув им вслед, склонился над своим рюкзаком в поисках блокнота. Достав из портфеля блокнот с карандашом, он принялся перерисовать схему, изображенную на асфальте. В темноте он неоднократно склонялся над рисунками, вставал то слева, то справа от них, чтобы не загораживать свет из окон домов. Наконец, закончив кое-как перерисовывать схему, он уселся на качели и тяжело вздохнул. Просидев так еще минут двадцать, он вдруг вспомнил, что ему тоже неплохо бы справиться с домашним заданием, и, подхватив рюкзак со сменкой, уныло двинулся в сторону дома. Ближайшая из арок выходила на Шестую линию, и Миша решил двинуться к ней. Погрузившись в кромешную тьму арки, он устало зашаркал ботинками по асфальту в сторону выхода, и эхо его шагов гулом отозвалось от каменных сводов с осыпавшейся штукатуркой.

Выйдя на линию, он повернул в сторону перекрестка на Малом проспекте, с которого было видно его родной дом. Остановившись возле светофора с красным сигналом, Миша терпеливо стал дожидаться зеленого, несмотря на то, что на улице было абсолютно пусто: ни единого автомобиля и ни единого пешехода. Подняв голову на светофор, он уже сделал было шаг, потому что красный мигающий свет вот-вот должен был смениться. Но он всё не менялся. Внутри Миши зашевелилась тревога: «Нет, ну не может такого быть».