– Какие огни?

– Сигнальные. Это огни тревоги. Мы с мамой взяли паспорта, одеяла, воду и спрятались в ванной.

– Ты что, звонишь из ванной?

– Да, Миша, послушай, это не самое важное…

– Подожди, а почему именно ты предупреждаешь меня об этом? Почему мне не позвонили ни Лешка, ни Димка?

– Леша занят, но это не главное, пойми, я что-то чувствую…

– Что?

– Я чувствую, что я в опасности. Скажи, если я тебя попрошу о помощи, ты сможешь мне помочь?

– Да, конечно, но чем я могу помочь тебе? – все еще растерянно и не понимая о чем речь, произнес Миша.

– Мне кажется, мне угрожает опасность. Ты бы смог меня спасти?

– Я?

– Да, Миш, ты бы смог меня спасти, если бы я тебя попросила?

– Да, конечно, – твердо ответил Миша. – Я смогу тебя спасти даже прямо сейчас, если в этом будет необходимость.

– Это хорошо, – немного успокоившись, ответила Маша. – Мне кажется, ты единственный, кого я могу об этом попросить, потому что никто другой с этим не справится.

– Не волнуйся. Я смогу защитить тебя.

– Хорошо, тогда я спокойна.

В телефонной трубке раздались короткие гудки. «Как так? – подумал Миша. – Она наверняка случайно сбросила разговор. Должно быть, просто задела рычаг сброса». Повесив трубку, он стал ждать. Не прошло и минуты, как телефон вновь зазвонил. Миша тут же схватил трубку. В телефоне раздался знакомый неприятный голос:

– Малый проспект, дом двенадцать. Пионер Разумов Миша.

Миша тут же бросил трубку и попятился назад. По спине пробежал холод. Не может этого быть. Это еще что за новость? Миша кинулся к окну в своей комнате. Отодвинув край занавески, он аккуратно выглянул во двор. В ночной темноте двора были видны две яркие фары и угловатый корпус автобуса.

– Да не может такого быть, – в голос проговорил Миша, отпрыгнув от окна. – Ну не может!

Двор-колодец тут же оглушило моторным ревом. Задыхаясь от волнения, Миша опять подскочил к окну и отдернул занавеску. Моторный рев усилился, после чего раздался свист шин, и автобус со всей силы ударился в дверь, ведущую в Мишин подъезд. Не веря своим глазам, Миша высунулся в окно еще больше. Свист шин – и опять оглушительный удар, после которого обломки деревянных дверей разлетелись по небольшому двору. Мотор автобуса снова зарычал, а шины взвыли так, словно автобус пытался проникнуть в парадную.

– Что за псих? – вслух выкрикнул напуганный Миша.

В этот момент раздался треск, и автобус скрылся из вида. Схватившись за голову, Миша прокричал уже срывающимся от испуга голосом:

– Ну не может такого быть!

Кинувшись к входной двери в одних трусах, Миша открыл дверь и выглянул на лестничную площадку. С лестницы раздавался оглушительный рев мотора.