Когда занятия закончились, Миша, схватив свою модель под мышку, спустился вниз. Переодевшись, он стал дожидаться своего друга. Через несколько минут появился Леша с мешком сменной обуви, из которого торчали радиодетали.

– Ого, серьезная махина, между прочим! – подметил Лешка, расположившись рядом.

– Да, решил взять домой, чтобы покрасить, после этого он будет как настоящий!

– А потом лаком? – спросил Лешка, легонько постукивая пальцем по прочному корпусу корабля.

– Да, и можно будет спускать на воду.

– Шикарно, но я все же думаю, что со смолой было бы еще круче! Настоящий пластик!

– Ну а где эта твоя смола?

– Согласен, после инцидента с усилителем мне вряд ли доверят лишние компоненты, – усмехнувшись, сказал Лешка. – Мда, если честно, все это у меня до сих пор в голове не укладывается. Интересно, сколько так людей может пропасть, на которых они просто закроют глаза? А что же их близкие или родители?

– Не знаю, – немного с грустью ответил Миша, – я уверен, что если бы пропал я, то мои родители бы попереживали немного, а потом сошлись бы на мнении, что я умер где-нибудь под мостом, нанюхавшись не пойми чего в сумасшедшем бреду.

– А тело? – с любопытством спросил Лешка.

– Собаки съели! – ответил Мишка.

Ребята цинично усмехнулись и заулыбались. Дойдя до метро, Миша попрощался с Лешкой и отправился к дому. Всю дорогу он шел с броненосцем за пазухой, собирая внимание случайных прохожих и детей. Добравшись до квартиры, Миша первым делом установил свою модель на табурете, постелив под него газетки. После чего сразу же достал из стола маленькие баночки с красками и набрал стакан воды. Провозившись до ужина, Миша остался доволен собой и будто стал чуть-чуть счастливым. За ужином он даже немного поболтал с родителями, прежде чем опять отправиться к себе в комнату.

Любуясь своим творением, юноша случайно наткнулся на фотографии, которые ему передала Таня. Внимательно разглядывая снимки, он остановился на том самом кадре, где было хорошо видно Машу. Присев на кровать рядом с моделью, источавшей едкий запах красок, Миша вновь погрузился в романтические грезы. «Стоит признать, – подумал он, – что эти глупые ожидания и представления довели меня до самого неприятного. Похоже, я тоже влюбился. Хотя почему тоже? А вдруг я все себе надумал? Нет, глупости, теперь это слишком очевидно. Отрицать это нет никакого смысла. Особенно после этой сцены ревности. Надо ей позвонить». Миша вскочил с кровати, оставив фотографию, и вышел в коридор к телефону. Набрав номер Маши, который уже успел запомнить наизусть, он принялся ждать. Короткие гудки.