Фудзи ещё раз махнул рукой, и облепленная мокрыми волосами голова, показавшаяся было на поверхности, вновь ушла под воду. Теперь уже — навсегда.

Не помню, как спустился на палубу: я ослеп. И вовсе не от страха. Я был в ярости. Перед мысленным взором мелькали светящиеся в моём теле таттвы и паутина, опутавшая мою голову. Но всё заслоняла пустая космическая чернота.

Почему некоторые люди считают, что они имеют право распоряжаться другими? — билось в голове. — Почему так повелось, что одни считают себя В ПРАВЕ? Не задумываясь, отдать приказ на уничтожение. Послать кого-то выполнять свою волю. Забрать то, что принадлежит другому…

Корпус ничем не лучше, — эта мысль разозлила больше, чем все пираты, вместе взятые. Но я чувствовал: она недалека от правды.

Я не хочу больше с этим мириться, — принятое решение заставило челюсти сжаться так, что хрустнули зубы.

Но ощутив под ногами твёрдую палубу, я внезапно успокоился. Это место я должен защитить. Эти люди доверились мне, моему чутью. Я не должен их подвести.

— Мы не будем защищаться, — заявил я, как только ноги коснулись палубы. — Мы сами нападём на них.

— Вот это правильно, — раздался весёлый хриплый голос. — Вот это по мне!..

Ярость, застилавшая глаза, утихла, и наконец я смог оглядеться.

Рядом, на расстоянии вытянутой руки, стоял Дед, механик нашей посудины. Чуть дальше — кок Кагосима, рядом с ним — Хякурэн и Фудзи. Напротив, облокотившись о пристройку радиорубки и делая вид, что он здесь совершенно ни при чём, пристроился Ватанабэ.

С губ моих чуть не сорвались слова протеста. Они — всего лишь люди. Им не место в битве магов… Но я прикусил язык.

Никто из них не выказывал страха. Напротив: вся команда собралась здесь, в самом стратегически удобном месте. Дед даже избавился от своей прожженной во многих местах телогрейки, оставшись в драной майке и широченных, подвязанных у пояса канатом, штанах.

Его взгляд меня и остановил.

Механик смотрел на меня с иронией. В узких и желтых, похожих на звериные, глазах его читалось ожидание. Да, несомненно. Он словно чего-то ждёт от меня.

Я моргнул раз, другой… Посмотрел на парящих в воздухе пиратов…

После гибели одного из собратьев в волнах, они опасались приближаться вплотную. Но и уходить не собирались — это было ясно.

— Ну… — подтолкнул меня Старик Кагосима. — Давай.

Его голос что-то сдвинул в моей голове, и наконец я догадался посмотреть на экипаж Кобаяши Мару вторым зрением.

Вокруг Ватанабэ полыхал красный костёр. Кагосима купался в всполохах холодного синего пламени, а Дед — в серебряном озере.