Ника забралась наверх. Отсюда спуск казался опаснее. Она села на попу и тут ее ждало разочарование. Кожа не скользила по пластику. Ника попыталась спуститься ниже, на более крутой уклон, но и тут теплый пластик не стал более скользким. Отказаться от аттракциона она уже не могла, поняв, что сейчас он ей нужнее и интереснее всего на свете. Нике хватило сообразительности и наблюдательности, чтобы понять, что изначально по склону бежала вода, делающая горку скользкой.

Она слезла с нее, добежала до двухэтажного здания, разбила окно и забралась внутрь. Там она без труда нашла оцинкованное пятнадцатилитровое ведро и галопом вернулась к реке. Наполнила его водой и, кряхтя от побаливающей раны, поднялась наверх. Чтобы не испортить опыт, и не бегать больше за водой, она рассчитала, как ей надо вылить воду, чтобы скатиться синхронно с ней. Поставила ведро на самый край перед спуском, сама спустилась чуть ниже и опрокинула его. Вода сделала поверхность такой скользкой, что Ника не удержалась на ногах, шлепнулась на спину и понеслась вниз, гогоча от чувства, которое ей трудно было описать. Кратковременное ощущение отрешенного счастья.

Он с ходу влетела в реку, подняв облако брызг. Скорее вскочила на ноги, чтобы повязка на ране не промокла насквозь. Пустое ведро с грохотом слетело с горки и упало рядом. Потревоженный выкрутасами вестибулярный аппарат вызывал легкое эйфорическое головокружение. Ника вдруг ощутила, как психологический груз, о котором она не знала, но который давил к земле, покинул ее. Кратковременное чувство счастья словно нейтрализовало скопившийся за время вылазки негатив. Ей стало намного легче, появилась вера в то, что все закончится хорошо.

Она оделась и вернулась к машине. Напарники закончили с ольхой и даже умудрились перепилить ее ствол на несколько поленьев, забросив их про запас в кузов. Ника рассказала о разведанном маршруте, но про приключения на горке умолчала, не хотела выглядеть перед товарищами маленькой девочкой. От машины по округе расползся едкий дым горящих покрышек. Свербело в носу, а во рту появился неприятный вкус горелой резины.

Команда расселась по местам и тронулась дальше. Упершись в ворота, Шепот поддал их железным бампером, рассчитанным на тараны более серьезных препятствий, и вывернул внутрь, сломав проушины, на которых висел замок. Под руководством Ники, они преодолели все бордюры и лабиринты кустарника и выехали к реке.

— Вот на том берегу торчит палка, правь на нее. — Уверенно скомандовала Ника.

— Да мой командир. — Шепот усмехнулся, но смело направил машину в воду.