Максим вынул беруши — все равно сейчас они были бесполезны. В ушах стоял такой свист, что никакой «черный спектр» не мог его перебить.

— Что будем делать? — спросил он у Рустама.

— Надо где-то залечь, проследить их, чтобы не привести к себе домой. Нам нахрен такие гости не нужны, — напарник был возбужден схваткой. Глаза метали искры, руки мелко потрясывались.

— Тут через десять километров поворот на дачи. Можем у меня отсидеться, — предложил Максим.

— Я думал отсидеться у дороги, посмотреть, проедут они или нет.

— А если они сейчас нас видят?

— Тоже верно, — Рустам высунулся в люк, нервно поозирался по сторонам и вернулся назад. — Вот уроды, бл…

— Они могут быть с сообщниками, и сообщить им по рации, что мы едем в таком-то направлении, — добавил повода для пессимизма Максим.

— Давай тогда к твоим дачам. Туда есть какой-нибудь второстепенный заезд?

— Да, убитый, но на нашей машине проскочить можно.

— Гони туда.

Пока они ехали, в каждом кусте, за каждой машиной мерещились вооруженные бандиты. Рустам держал оружие наготове, высунув его в открытое окно. Съезд с дороги, совершенно неприметный, накатанный на свой страх и риск дачниками, нельзя было разглядеть, если не знать, что он тут есть. Это играло на руку. Неприятель вряд ли бы его заметил.

Внедорожник, кряхтя кузовом, вальяжно переваливался с боку на бок на ухабах дороги. Деревья здесь так плотно сходились над дорогой, что тьма не преминула этим воспользоваться, пугая и без того напуганных парней леденящими душу представлениями. Куда ни глянь, между деревьями мерещились гипнотизирующие порталы в черную бесконечность, наполненные прозрачными видениями и леденящими душу предчувствиями.

— Я дуну, — не выдержал Рустам.

Не дожидаясь ответа, вынул приготовленную самокрутку и прикурил от автомобильного прикуривателя. Салон машины наполнился дымом. Максим не возражал. Даже сделал вдох поглубже, чтобы и на него подействовали алкалоиды конопли. Сейчас, когда ресурсы организма заканчивались, годилась любая подпитка, даже самообман.

Рустам блаженно растянул рот в улыбке.

— Фуух, отпустило, — он вытянул руку вперед. Ладонь больше не тряслась. — Чувствую себя скотиной, на которую не действует «черный спектр».

— Только потом ты будешь чувствовать себя человеком, на которого он действует в два раза сильнее, — предупредил Максим.

— Ничего, когда это случится, мы будем далеко отсюда, там, где тьма слабее.

— А сколько нам надо времени, чтобы убедиться, что за нами больше не следят?

— Без понятия. Думаю, до завтра точно надо поторчать здесь.

— Наши будут беспокоиться, — предположил Максим и представил себе расстроенное лицо Маши. Он был уверен, что она переживает за него.