Максим с трудом успокоился. Натер лицо и шею снегом, глубоко подышал, вспомнив кое-что из уроков бойцов спецподразделений. Как бы то ни было, случившееся этой ночью можно было считать уроком, который им преподала жизнь. Его стоило освоить, запомнить и извлечь суть, чтобы в будущем не допустить или избежать подобного.

Он свернул на дорогу, ведущую к фермам. Сеновалы сгорели. От них уже и дым не поднимался. Сухое сено прогорело как порох. Зато фермы выглядели целыми. Возможно, враги решили, что скотина и сама долго не протянет без корма. Они были правы, сено было почти единственным кормом для них. Зерно давали изредка. От него коров начинало пучить и пару раз даже с летальным исходом. Перед смертью животное очень мучилось, так что пришлось с этим питанием быть более осмотрительными.

Максим прибавил шагу. От ферм тянуло навозом и теплой сыростью. Он заглянул внутрь. Коровы находились внутри и были живы. Увидев знакомого человека, они вытянули вперед морды и начали мычать, пуская облака пара. Максим погладил некоторых из них и прошел в другой конец фермы. На противоположной стороне он увидел пустую привязь возле которой темнела кровь. Огромную лужу спекшейся крови, вперемежку с соломой, успевшую стечь в желоб для навоза. Затем он увидел следы волочения, ведущие на улицу. Максим пошел по ним и выглянул на улицу через щель в воротах.

Три человека в военной форме разделывали тушу коровы, испачкав в ее крови снег вокруг себя. Максим замер в испуге, не зная, что делать. Видимо, коров не пустили в расход, желая забрать их мясом. Максим посмотрел по сторонам, насколько позволяла щель и увидел стоящую неподалеку БМП с длинной тонкой пушкой и прицепом, переделанным из тракторной телеги. Он услышал голоса других мужчин, не занятых разделыванием туши.

Максим попятился от ворот назад, думая только о том, как не обнаружить себя. Тьма, снова почуяв прорехи в человеческой психике, устроила ему представление. Пол под ногами заволновался, почернел, растворился в бездонной бесконечности. На него было страшно поставить ногу. Из тьмы полезли бледные когтистые пальцы, похожие на человеческие, но безумно отталкивающие своей мертвенностью. Максим, оглушенный наваждением, оступился и упал, громыхнув оружием о железную трубу коровьей кормушки.

Ворота распахнулись. Наваждение, под действием света, ослабло. Максим увидел на свету, на фоне яркого белого снега, силуэт мужчины с автоматом в руке. Наверное, он не увидел Максима в потемках помещения, иначе вскинул бы оружие, увидев в его руках автомат. Максим спрятался между коров, выглянул и выставил перед собой оружие.