Девушка бросила на него нечитаемый взгляд, и перезарядила дробовик. Однако второго шанса парень ей не дал. К сожалению, из-за предыдущего маневра добежать до охотницы он не успевал, но под рукой был ее так удачно подвернувшийся родственник. В два шага добравшись до кряхтящего от боли мужика, хитокири схватил его за волосы и одним движением поднял на ноги. Вовремя. Девушка уже успела передернуть затвор и рефлекторно нажала на спуск, испугавшись быстрых движений Виктора.
Вся верхняя часть тела незадачливого мужчины тут же превратилась в кровавое месиво. Которое Санитар и толкнул в сторону своей противницы. Та жалобно, по-девичьи, вскрикнула, отшатнувшись от падающего трупа. Испуганная смертью членов семьи, оглушенная грохотом выстрелов, даже не понимая толком что происходит, она все же не забыла перезарядить свое ружье и вновь наставить на убийцу. Слишком поздно. Виктор не стал пытаться оглушить свою противницу или просто ранить. В определенный момент игрок, разгоряченный тяжелым и яростным боем, дал выход своим инстинктам убийцы.
— "Балестра!" — Выкрик последовал сразу за передергиванием затвора. Хитокири ударил быстро и точно, не дожидаясь, пока брошенное в противницу тело упадет на комнатный пол. Лезвие вакидзаси на пару миллиметров разминулось с макушкой изрешеченного трупа, чтобы воткнуться в высокую грудь по самую рукоятку. Парень даже не ощутил сопротивления. Слабый толчок в руку, судорожный вздох из уст его юной противницы. И вдруг все закончилось.
Стукнул, ударившись прикладом о паркетный пол, дробовик. Вздрогнул, отступив на шаг от своей жертвы, Виктор. Ему уже доводилось убивать людей. Но это были опасные бандиты, не вызывающие у него никакой жалости. В этот раз он поднял руку на вчерашнего ребенка. Сколько ей было? Шестнадцать? Или того меньше? Впервые с момента обретения Системы парень испугался не за свою жизнь, а за свою душу.
Его рука выпустила фигурную рукоять вакидзаси. Однако клинок так и остался торчать в открытой ране. Слишком много сил было вложено в удар.
Секунду его противница даже не понимала что произошло. Ее кисть все еще висела в воздухе, словно пытаясь удержать давно упавшее ружье. Тонкие пальчики дернулись, пытаясь надавить на несуществующую гашетку. Затем, она, наконец ощутила боль. Рука ослабла, и повисла вдоль тела, по пути задев край цубы. Девушка охнула, и, словно не веря, посмотрела на красное пятно вокруг фигурной рукоятки. Удар отбросил ее к стене, и теперь она опиралась спиной на шершавую поверхность, понемногу сползая вниз. Ей было невыносимо больно. Хотелось закричать, выдернуть из себя безжалостное железо. Но сил оставалось все меньше и меньше. На длинных ресницах задрожали слезы. Небольшая задержка — и они вовсю катятся по бледным щекам.