Оставшись наедине, девушки некоторое время молчали. Затем Лэйя усмехнулась. — Спросить хочешь что-то? Спрашивай.
— Да, хочу… что-то. — Вздохнула нервно. — Меня вот… смутные сомненья терзают.
— Я вся внимание.
— Я вот… думала много. Задумалась. Все эти случаи странные. Сначала с Каргиной. Кто-то ее в метро толкнул. Потом Синявская инсульт словила. И Анне, норвежка… с ней такая жуть случилась. Кстати, она умерла, покончила с собой. На чемпионате объявили, прямо во время разминки.
Глаза амазонки сузились. — Ты это все к чему?
— Скажи честно. Твоя работа? Я никому об этом не скажу, вообще никому. Просто… знать хочется. Я ведь замучилась уже вся, от этих мыслей. Скажи правду, пожалуйста.
Лэйя призадумалась, взвешивая-прикидывая варианты. Рассказать как есть? Тогда об этом могут узнать Хозяйки. И вряд ли одобрят, могут и наказать. Например, заберут бессмертие… да много чего они могут. А если всё отрицать, будет выглядеть недостоверно. Медленно кивнула, придя к «оптимальному» решению.
— Насчет Каргиной да. Это я ее толкнула.
— А остальные?
— Тут я ни при чем. И как я вообще могла такое сделать? Синявская в Петербурге, а я дома. На расстоянии что ли инсульт наколдовала? Так я вроде не ведьма. С норвежкой… Ты была на разминке. И отлично знаешь, что я к ней и близко не подходила даже. Что с ней было после моего ухода?
Катя повела плечом. — Да вроде ничего. Растяжку тянула, потом снова тренер подошел, стал последнюю накачку делать. Потом повел на выход.
— Ну вот видишь, я тут совсем ни при чем.
— Честно?
Амазонка всплеснула руками. — Конечно честно. Какой мне смысл врать-то? Я теперь здесь, в другом мире. И проблемы вашего мира меня уже совсем не волнуют. Если б было что — сказала бы. Кстати, у Каргиной как дела?
— Вроде нормально. Она уже тренировки начала, к следующему сезону полностью восстановится.
— Вот и хорошо. А то меня… совесть мучает.
Катя облегченно выдохнула. — Верю! Помню, как ты ей котика подарила. Если б совесть не мучила, наверно не стала бы дарить. Уф-ф… Как гора с плеч свалилась! Так полегчало… Спасибо!
— Да не за что. Мы же подруги! Ты столько для меня хорошего сделала. А я ничего не забываю, ни добра, ни зла. Еще время есть немного. Пойдем к реке? Оттуда наш город виден. Красивый очень.
У гостьи аж глаза вспыхнули. — Идем! Так интересно…
Они поднялись на ноги и стали пробираться между валунами, в сторону реки…
Глава 10 В больнице
Залитая светом ультрасовременная ледовая арена. В центре этого белоснежного простора, словно птица, парит Катя Ладыгина — знаменитая фигуристка, чье имя уже стало синонимом грации и мастерства, помноженных на бесконечность. Она скользит по льду с такой легкостью, что кажется, будто не касается его вовсе. Каждое движение отточено, каждый поворот безупречен.