филолог, что, доживи они года до 1990-го, они бы остались при прежних своих планах идти до Ганга. Они б одумались, решил филолог, они б прокляли своё прошлое! Да, всякое бывало среди представителей поколения сталинских поэтов, доживших до перестройки. Иные действительно «отрекались» и «проклинали». Но, оценивая литературные расклады тех поганых времён, я чаще всего вспоминаю всё-таки другие, дорогие мне имена. Имена Михаила Леонидовича Анчарова и Евгения Ароновича Долматовского. Оба – советские воины. Совсем молодой Долматовский, автор нашумевшей поэмы о Дзержинском, ещё до Великой Отечественной успел в составе Красной армии «аннексировать» Западную Белоруссию и Украину, Прибалтику, часть Финляндии. Потом всю Великую Отечественную прошёл, дослужившись до майора. Анчаров не просто воевал в Маньчжурии, но и участвовал в аресте и захвате правительства Маньчжоу-Го во главе с императором Пу И. Но когда началась перестройка, вопреки мнению этого самого маститого филолога, два сталинских офицера и советских еврея Долматовский и Анчаров ни в чём не раскаялись и дурацких разоблачительных статей в журнал «Огонёк» не писали. Остались верны лучшим своим солдатским, офицерским, военным стихам. Равно как и выше упомянутый Евгений Агранович. Зато русский писатель Астафьев и русский писатель Приставкин приняли и перестройку, и Горбачёва, и Ельцина, и так кляли прошлое, так бешено квитались с ним, что и вспоминать про то не хочется. Глядя на происходящее и выбирая свою сторону, я в 1990 году принял сторону русского сопротивления, а также сторону еврея и генерала Льва Рохлина, еврея и учёного Алфёрова, еврея и писателя Анчарова, оттого что все они оказались тогда совершенно русскими, а не чёрт знает кем. И в 1993 году я принял сторону русского сопротивления, а также сторону еврея Долматовского, и не подумавшего подписать позорное письмо «Раздавите гадину!», под которым, увы, стояли подписи нескольких наших фронтовиков. В числе них – подпись великого белоруса Василя Быкова. В финале своей муторной жизни он перемещаясь из Финляндии в Германию, он неустанно клял союз России и Белоруссии и призывал Беларусь уйти на Запад Славянин Василь Быков выступал за то, против чего в конечном итоге воевали белорусские братья Аграновичи, командовавшие ротами в «Спарте».

Глава пятая. Вопросы к автору

Глава пятая. Вопросы к автору О вере и неверии «Чего вы такие остервенелые? – спрошу я, не желая вас обидеть. – Что вы всё повторяете и повторяете: „Ты крестик сними или трусы надень!“? Вы, что ли, хозяева крестика? Где вы в Библии такое вычитали? Вы, что ли, святости достигли, чтобы указывать, куда идти заблудшим, и стоите теперь и в крестике, и в трусах как в доспехах?» Мне часто говорят, что напрасно я желаю поженить коммунизм и православие. Люди добрые, вы меня с кем-то путаете. Православие – жизнь нашего духа и подготовка к жизни иной, небесной. Для православного человека нет не только эллина и иудея, для него и государство вторично. Православный идёт за Христом и ко Христу. А капитализм и социализм – всего лишь формы обустройства земного общества. Не слишком совершенные, но иных пока нет. Есть цифровой либерализм как подвид капитализма, который и вовсе кажется предбанником ада. Именно туда человечество и тянут. И при коммунизме, и при капитализме Христу средь нас не слишком уютно. А цифровой либерализм нас и вовсе к апокалипсису ведёт, и поделом. Всем же оппонентам, утверждающим, что коммунизм – зло, потому что век с лихвой назад большевики напортачили, надо себе только один вопрос задать: а капитализм – добро? Подойдите к зеркалу и скажите: «Я русский православный человек. Капитализм – добро!». Если у вас зеркало не треснет, то вы молодец Между тем капитализм убил миллионы людей, десятки миллионов обездолил. Капитализм торгует женщинами, детьми, человеческими органами, душами. А нам всё говорят: давайте Ленина из Мавзолея вынесем – и сразу полегчает. Это дурь навязчивая и пустое кликушество, которое способно перессорить русских людей. Это нежелание посмотреть вокруг себя. Утверждать на чистом глазу, что вот-де явился зловредный Ленин и вскружил голову богомольному народу, – бессовестное упрощение. Ленин – сумма исканий, споров, ошибок, открытий, мучений не только французского Просвещения, но и великой русской классики, которой мы, по сути, воспитаны, которой созданы как нация. Исповедуя в частной жизни постулат, что всё с нами свершается по грехам нашим, наши оппоненты не в состоянии применить ту же логику к революции октября 1917-го. Бич Божий ударил не только по отрёкшемуся от Бога народу, он и по золотым куполам ударил – разве это не очевидно для любой христианской души? Ибо сказано в Книге Иова: «Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать?» И там же: «Блажен человек, которого вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева