нацменьшинств зачастую преференции были побольше, чем нынче у российского Кавказа. Триста лет Романовы, не считаясь с расходами, соревновались с Османской империей, Британией, Персией. Та самая Российская империя, которой наши националисты так натужно восхищаются, всё это делала. Но как же легко ложатся на уши молодым людям все эти демагогические доводы про навсегда очужевшие бывшие советские республики, с которыми даже дела иметь не надо. Сепаратисты наши уверены, что так они отстаивают права русских. И в этом кроется самый большой обман. Никогда, ни при каких обстоятельствах наших националистов не преследуют, не пытаются убить ни украинские спецслужбы, ни азиатские террористы. Ни британская разведка не интересуется ими, ни американская. Не то чтоб они были для всех этих разведок так называемыми «спящими». Напротив, они как раз бодрствующие. Наперебой произносимая ими блажь крайне выгодна нашим геополитическим оппонентам. Националисты исполняют чужую работу – дестабилизируют любые интеграционные процессы на пространстве бывшего СССР и бывшей Российской империи – в границах своих, в целом, совпадавших. При иных обстоятельствах наши враги даже наградили б местных националистов. Но, пожалуй, лучше наградят себя. Отчитаются, что националисты – это их агентура. Кто-то из них действительно агентура, но меньшинство. Остальные такими уродились. Повторяют с подлых чужих голосов, не ведая, что творят. «Многонационалочка» В определённых кругах у нас прижилось паскудное слово «многонационалочка». Им любят козырять люди, настаивающие на том, что в России нет никакой многонациональной империи, а есть моноэтническое государство, потому что русских у нас больше, чем французов во Франции, и даже, кажется, больше, чем евреев в Израиле. Но что думается в связи с этим. Русскость – ощущение нежное, тонкое, трепетное. Его не надо надевать на шею человеку как колоду. Нормальный русский человек по собственной воле живёт с этим чувством – оно тоньше волоса и является самым важным оберегом. Мне казалось, что национально-освободительная борьба русскоязычного населения на Украине должна была в России если не всех, то многих кое-чему научить. Но с удивлением обнаружил, что нет, никакие выводы не сделаны. На Украине ведь до самого начала СВО не вешали русских на столбах. Не запрещали использовать русский язык в обиходе и в ряде центральных медиа. Но ощущение того, что русским отведена роль вторичная, всё острее пронизывало жизнь русских на Украине. Для русского человека исподволь навязываемое