Господи, пожалуйста, пусть у меня на лице не будет написано всё то, что живёт сейчас в моей голове!

За воротами…

Парк. По крайней мере, именно так кажется поначалу. Громадная территория, усаженная деревьями с тяжелыми кронами, тянется далеко-далеко вперёд длинными аллеями из грунтовых троп, ассиметрично расходящихся в разные стороны. А в конце той, что по центру — целый комплекс из построек, предназначение которым я определяю лишь после того, как подхожу ближе.

— Ферма? — удивляюсь уже вслух.

На губах Кая расцветает ещё одна неопределённая насмешка. Он снова подталкивает меня вперёд, в сторону конюшен.

— Подумал, тебе здесь понравится.

Уж не знаю, чем он руководствуется, когда так решает, но…

Мне тут и правда нравится!

Сразу, как только перед глазами предстаёт…

— Боже, какой он красивый! — протягиваю восторженно.

В самом деле буквально залипаю, глядя на статное животное с непроглядно чёрными очами, которое только-только выводят из стойла на улицу. Крупная голова с прямым профилем, длинные, строгие уши, очень грациозный, с вытянутым корпусом, хотя и определённо тяжеловес, высота в холке выше моего роста — вороной конь с некоторой высокомерностью фыркает, заметив нас.

— Доброго дня, мистер Вернер, — учтиво здоровается тот, благодаря кому моё настроение моментально взлетает. — Мисс Вайс, — добавляет и для меня, склонив голову в качестве дополнительного приветствия.

Пропускаю обращение — как факт того, что ему известно моё имя, улыбаюсь в ответ скорее машинально, нежели действительно осознанно. Ещё немного, и животное появляется в непосредственной от нас близости. Низкорослый, немного сухонький, но крепкий, несмотря на преклонный возраст, старичок в специальной жилетке с нашивкой конюха передаёт поводья Каю. Тот принимает их, как данность, как нечто привычное и обыкновенное, ласково потрепав гриву повторно фыркнувшего на такое обращение коня. И тут до меня доходит кое-что ещё.

— Ты здесь не в первый раз? — вырывается из меня, наряду с посетившей мыслью.

— Мой отец разводил лошадей. Этим и жил. Меня тоже немного приучил в своё время, — отзывается мужчина. — Иногда я возвращаюсь к этой части своего прошлого.

Кажется, мне начинает здесь нравиться ещё больше.

— Здорово, — улыбаюсь.

На этот раз не потому, что таким образом желаю продемонстрировать свою вежливость. Где-то глубоко внутри словно тёплый огонёчек вспыхивает при одной только мысли о Кае, когда он ещё совсем маленький, готовый открывать этот мир и впитывать в себя, учиться чему-то.

Чему-то непременно хорошему…

Конюх на слова моего сопровождающего тоже улыбается, а вороной конь при этом снова не только фыркает, но и бьёт копытом.