— Мистер Рамирес. Сколько у меня замечаний и вычетов? Если сравнить с теми, кто дольше меня работает?

Латинос сложил руки на столе и посмотрел на Хуц-Ги-Сати.

— Уволите меня сейчас, и сколько будете ждать, когда я верну деньги? Наверняка за руль меня теперь не пустят, буду грузчиком, или вообще дворы мести.

Родригес кивнул.

— Контракт меняется. Согласен?

Индеец кивнул.

Родрригес выдвинул ящик стола, кинул через стол бланк.

— Заполняй, подписывай. А вот это, — он пододвинул к индейцу листы под скрепкой. Индеец узнал эмблему банка. Такая же была на его зарплатной кредитке.

— Кредит тебе оформят автоматически. Им ты гасишь сумму иска, который мы выдвигаем на твоё имя. Все выплаты теперь поступают на специальный счёт, с которого ты гасишь сумму иска. Проценты по кредиту гасишь отдельно.

Новые листы бумаги. На этот раз, голубоватые, конторские.

— Это наш иск. Подписываешь, соглашаешься, процент погашения ниже. Лезешь в бутылку — вылетаешь отсюда, гасишь все с повышенными процентами, как рисковый клиент.

Хуц-Ги-Сати подписал.

Час спустя ушёл в новый рейс.

Машу навестить уже не успел.

* * *

Ему повезло. Новый рейс был тоже в Чикаго, и он решил, будь что будет, а Керука он повидает. Хоть на минуту, но ему нужно было почувствовать рядом хоть кого-то кому не всё равно.

Ему повезло. Явно, мольбы, которые он обращал к богам и Предкам были услышаны. Разгрузился вовремя, а вот груз, который должен был доставить обратно, задерживался. Какие-то там проблемы с документами, не тот артикул — особо вникать он не стал, выслушал от менеджера «переночуешь в кабине, или ищи мотель, у нас есть договор с сетью „Сон по часам“, завтра отзвонишься, как погрузишься». И тут же отправился в AIM.

Увидев тлинкита, Керук улыбнулся.

Сдержанно, но — будто древнее мудрое солнце осветило морщины на его лице.

— У нас как раз собрание. Люди соберутся через час. Поможешь мне расставить стулья?

Хуц-Ги-Сати и не заметил, как за работой рассказал Керуку всё, что произошло с ним за эти несколько дней. Простая понятная работа успокаивала. Керук почти всё время молчал, лишь изредка задавал короткие вопросы, но само его присутствие, звук голоса делали мир каким-то — более надёжным и понятным.

— Мы поможем тебе. Мы всегда помогаем нашим людям, — старейшина положил руку на плечо Хуц-Ги-Сати, посмотрел в глаза. — Мир — это пугающее и загадочное место. Воин всегда должен быть готов к ужасным чудесам мира. А мы помогаем воинам выстоять и продолжить битву.

Он заглянул тлинкиту в глаза.

— Ты воин и ведёшь свою битву. Мы встанем рядом с тобой, а ты — рядом с нами.