Керук закончил говорить и обвёл собравшихся взглядом.

— Я много говорил сегодня о духе свободы и предпринимательстве. Я вспоминал дух наших предков, презрение к смерти и готовность погибнуть в одиночку! Но я не сказал сегодня о том, что наши предки уважали не только смерть, но и жизнь, и готовы были отказаться от последнего куска пищи, чтобы помочь тому, кому была нужна помощь!

Керук встал.

Величественно возвысился над остальными и простёр руку.

— Но они помогали только тем, кто был достоин их помощи!

В полумраке едва освещённого слабыми лампочками зала его глаза, казалось, светились собственным светом, будто глаза огромной кошки. И Хуц-Ги-Сати стало не по себе.

— Среди нас есть тот, кто достоин помощи, ибо он взял на себя ответственность за свою жизнь и жизнь женщины своего народа! Он среди нас потому, что хочет жить свободным! Встань, гордый воин Хуц-Ги-Сати!

Не веря своим ушам, тлинкит встал.

— В нашу первую встречу Хуц-Ги-Сати не только ничего не попросил. Он спросил, чем может помочь нашему делу! Сегодня воину нужны силы и средства, чтобы продолжать борьбу.

Он помолчал, склонив голову.

Гордо вскинул и возгласил:

— Мы поможем ему!

За тем, как люди подходили, снова жали руку, обсуждали с Керуком, как перечислить, как обналичить перевод, Хуц-Ги-Сати следил будтово сне. Все было ярким, чуть нереальным и плывущим.

— Останься. Ты уже помогал со стульями, теперь вернём их на место.

Когда осталось два стула, Курук устало опустился на один из них, кивнул на второй.

Хуц-Ги-Сати неловко сел.

Керук протянул ему конверт плотной желтоватой бумаги.

— Здесь немного. Люди перевели мне деньги, как взносы для благотворительной ярмарки, чтобы я мог отчитаться. Я отдаю тебе наличные. Тебе нельзя сейчас переводить деньги на счёт. Арестуют и толку от них будет чуть. Я дам тебе телефон полезного человека в твоём городе, он поможет тебе получить карточку, которой ты сможешь платить в магазине и аптеке. Правда, с аптекой сложнее, твоя скво болеет тяжело и лекарства ей выписали по рецепту. Их можно оплатить только той картой, к которой привязан рецепт. Впрочем, наш человек поможет и с этим.

— Спасибо вам, — только бы голос не дрогнул, это недостойно воина.

— Мы все должны знать, что тот, кто борется с тобой плечом к плечу, верит тебе, так? — похлопал его по колену Керук. — А нам предстоит с тобой великая борьба! Мы должны встряхнуть этих корпоративных мерзавцев!

* * *

Выписалась Маша на пятый день.

Завтрак ей уже не полагался — только стакан воды и голубоватая таблетка, от которой делалось спокойно. В регистратуре ей выдали вещи, дали подписать счёт. Сказали, всё остальное в карте, которая у неё в страховой компании, доступ в зависимости от тарифа.