После чего с донами встретились уже отдельно и предложили чуть скорректированные условия.

Доны удалились думать, но, суда по тому, с какими лицами уходили, условия те показались им интересными.

Сам Закревский еще раз устроил показательный отрыв от слежки, на этот раз жёстче, грубее. Провёл хвост через самые трущобные районы Чикаго, предварительно попросив Дэлигана поговорить со своими знакомыми в негритянских гетто. Филеров избили сильно, но не до смерти, аккуратно сломав большие пальцы на руках и раздробив мизинцы на ногах. Так, чтоб карьера топтунов точно закончилась.

Правда, Дэлиган после выставил дополнительный счёт — один из топтунов оказался парнем жёстким умелым, успел одного из исполнителей покалечить, второго ещё и порезал.

Услышав, Закревский хмыкнул и спросил, обязательно ли было обставлять всё так… Эмоционально.

Ирландец пожал плечами — ну ты же просил передать послание, мол, не надо за мной ходить. Я думаю, получилось доходчиво.

Закревский был вынужден признать, да, доходчиво.

Сам он тоже два раза возвращался в Россию, уже в открытую, каждый раз засекая хвост, который вёл его до аэропорта.

Накануне первого вылета, он связался частным образом с Троицким, тот пообещал подумать, что можно сделать.

Когда Закревский сошёл в аэропорту Нижнего Новгорода, обратил внимание на парня в модных мешковатых брюках и безрукавной рубахе с эмблемой прошлогоднего чемпионата мира по лапте. Наушники от «Малинового звона» сдвинуты на одно ухо, очки «профессор Соловьёв», словом, точно подобранный образ богемного вьюноша, ожидающего такую же богемную девицу. Вот только взгляд через эти очки был цепкий и оценивающий.

Отлично.

Значит, к вечеру он будет знать, решились ли за ним посылать хвост через океан.

Послали.

Правда, узнать филерам если и удалось, то немного, поскольку Закревский прямым ходом двинул в «Морозову иглу» на набережной и затерялся в её коридорах да переходах, куда постороннему хода не было. Система безопасности по всему зданию была устроена на совесть. К её организации и сам Закревский приложил руку, чем немало гордился.

Данные о филерах для него собрали подробные, Троицкий явно привлёк серьёзные ресурсы. Видимо, провёл как часть какой-то официальной операции, поскольку на бумагах стояли печати с двуглавыми орлами.

Из бумаг следовало, что филеры работали на частные конторы, которые были давно и прочно связаны с другими, уже на Острове, а те, в свою очередь, со структурами Ост-Индской компании.

Закревский позвонил Троицкому ещё раз, второй звонок сделал коллегам из службы безопасности Морозова. В итоге, филерам показали пару постановок, в результате которых они смогли доложить нанимателю о встречах Закревского с купцами второй гильдии — торговцев мехами и мукой.