Алекс прошел мимо рядов милых леди, от которых тянуло дорогим и приятным парфюмом. Аки через оранжерею прошел. Мелочь, а душу греет.
Если у него, конечно, она вообще была — душа.
— Тут вы можете спросить, причем здесь темная или черная магия, но поспешу вас предупредить. Если вы беременны или впечатлительны, то сейчас лучше уткнуться в сериал про волшебных пони, чем смотреть на доску, — Алекс широко улыбнулся, но на этот раз даже в первых рядах смеха не было. Вот ведь… так можно и загубить свой непревзойденный талант стэндапера. Может их всех на зачете завалить? Хотя нет — Алекс и так это делает регулярно…
— Ну, раз все готовы, тогда приступим, — Дум нажал несколько клавиш на пульте. Штормы опустились на окна, погрузив зал в полумрак, разгоняемый лишь светом проектора.
— Вот ведь…
— Проклятье…
— Су…
— Следим за языком, господа студенты, — перебил Алекс. — в словах таится большая сила, чем вы пока способны осознать.
Дум опять процитировал одно из старых произведений, но, как и всегда, его почти никто не понял. А если и нашлись на сотню студентов несколько понятливых, то они были заняты созерцанием сменяющихся на экране картинок.
Вот шаман времен, когда Сахара еще не была пустыней, вырезал на детской кости, вынутой из еще живого ребенка, какие-то символы.
Вот колдун, в лазурных робах и с забавной шапочкой на голове, с узким разрезом глаз и желтой кожей, занимался тем, что высекал плетью на спину кричащей женщине кровавые знаки.
Вот жрец в золоте, под статуей бога с головой собаки, выливал в чан кровь из красивой урны, а позади него лежали горой тела в белых одеяниях.
Одна картинка за другой.
Внутренности, кости, безмолвные крики и застывшая на экране смерть.
Кто-то не выдержал.
Один за другим малодушные студенты, прикрывая рты, выбегали из аудитории в судорожных поисках туалетов.
— Изначально не существовало никаких бытовых накопителей, — продолжил лекцию Дум. — как и боевых, впрочем… Были лишь временные хранилища магии. Преимущественно черной. Кто-нибудь скажет почему?
И опять знакомая рука. Рука единственного студента на всю аудиторию, кто при виде откровенных сцен не повел и бровью.
Смесь Джеки Чана и Джета Ли.
Чжин Бай. Последний выживший из рода Бай Тао, Шаманов Заснеженных Гор. Причем где находились последние, не знал никто, кроме самого Чжина и… тех, кто убил всю его семью.
— Черную магию проще хранить, — коротко и по делу, как и всегда, ответил Чжин.
— И тебе тоже плюс внесем, — кивнул Алекс. Правда, порой он забывал вносить эти самые плюсы в личные реестры, но, благо, имелась староста Мара Глоумбуд, которая стала кем-то вроде личного секретаря профессора Думского. — Итак, все верно. Первые накопители были созданы теми, кого сейчас называют черными магами для того, чтобы иметь под рукой требующиеся в искусстве материалы.