Будто в подтверждение слов волшебницы, в спину Маре ткнулось дуло автоматической винтовки. Их пятерка находилась в противоположном от входа в фойе углу.
Здесь постоянно крутилось сразу несколько эсперов, так что предпринять что-либо не было никакой возможности.
— Красотка дело говорит, — неприятный, похожий на гепарда, чернокожий эспер чуть нагнулся над Эли. — хотя такую как ты, я бы так просто не продырявил.
Он провел по ей волосам и жадно втянул широкими ноздрями аромат шампуня.
— Во всяком случае не в том смысле…
— Убери от неё свое грязные руки, мразь! — Трэвис попытался вскочить на ноги, но ему под дых прилетел кулак второго эспера.
И вряд ли кто-то захочет проверить на себе, насколько болезненным может быть удар в исполнении покрытой хитином, двухметровой женщины-громилы.
— А вот тебя, мальчик, — чернокожий выпрямился и направил винтовку в лицо задыхающемуся Трэвису. — я, пожалуй, прикончу прямо сейчас…
Палец эспера лег на спусковой крючок, но в ту же секунду прозвучало громкое и неожиданное:
— Через плечо.
Пятерка Б-52 мгновенно повернулась к источнику звука. Подобное выражение они слышали только из уст одного единственного человека, который терпеть не мог, когда ему задавали вопросы.
Мог ли жабо-подобный русский выражаться точно так же, да еще и с тем же британским акцентом?
— Профессор Думский⁈ — хором выкрикнули ребята, но их совместный крик потонул в гуле мощного взрыва.
Стена затряслись и снова начали осыпаться. Вот только обломкам так и не суждено было коснуться земли.
Главарь террористов, назвавшийся Дэвенпортов, щелкнул пальцами и все обломки мгновенно застыли в воздухе. Точно так же, как застыла и взрывная волна. Её прозрачную полусферу можно было увидеть благодаря каменной крошке и пыли, которую она несла перед собой.
Так что кроме дикого грохота, в фойе больше ничего не попало.
Хотя нет.
Был еще крик.
Безумный. Полный боли. Настоящейболи . Такую не покажут в фильмах, о такой не расскажут люди. Просто потому, что испытавший подобное уже не жилец.
— А ведь говорят, что важна не внешность, а внутренний мир, — на том месте, где только что стоял жабо-подобный русский эспер, теперь, вытирая с лица и рук кровь и ошметки мяса, очутился никто иной, как профессор Черной Магии, Александр Думский. — Пиздят безбожно.
— Ты покойник, — Дэвенпорт поднял руку, но вряд ли кто-то узнает, что бы он сделал.
Профессор оказался быстрее.
* * *
Алекс не так представлял себе свое героическое появление. Но ведь говорят, что стезя учителя полна импровизаций.
Покинув тело Ивана (сраный Грибовский! Теперь даже это звучало как-то… неправильно!) , Алекс превратил последнего во взрыв плоти и крови.