Поднимаясь на крыльцо, он машинально очистил обувь о привычный и уже такой родной уступ.
— Не думал, что вернусь сюда так быстро, — вздохнул Дум. Когда-то это место он посещал чаще, чем те номера, которые снимал в отелях. А теперь…
Избавившись от легкого наплыва ностальгии, Алекс толкнув вперед дверь, удовлетворительно кивнул. Вместо пронзительного воя банши, который все это время служил в магазине вместо звонка, раздалась вполне себе мелодичная трель.
— Ну, хоть что-то, — вздохнул он.
— Мог бы и придержать, — процедил Грибовский, остановив створку прямо перед собственным носом.
— Мог бы, — согласился Алекс.
Хромая, чеканя ритм своей тростью, он сделал несколько шагов по «фасаду» одной из главных точек черного рынка Хай-Гардена. На стенах все так же висела всякая хрень, по типу зачарованных курток и штанов, ну и по мелочи на стеллажах под ними.
Напротив входа, метров через двадцать, расположилась касса с дубовым прилавком.
Бромвурд, учитывая его возраст, всегда любил делать все «под старину», оставаясь при этом в своей зоне комфорта.
Адские колокола, у него даже касса до сих пор была простой счетной машинкой двух вековой давности.
— Эй, Стажер, — окликнул Дум. — давно не виделись, малец.
И не важно, что Стажер, который в последний визит Алекса угрожал ему пистолетом, был младше в лучшем случае на несколько лет, но Дум, кроме как ребенком, не воспринимал этого прощалыгу.
Кстати, о последнем.
Как обычно, тот сидел на своем барном стуле и залипал в планшет. Правда, выбившись из сил после… ну, чтобы он там не делал, теперь лежал на этом самом планшете лицом.
— Эй, проснись, — окликнул Дум, подойдя поближе. — давай, спящая красавица, нам нужно снова погов…
Дум коснулся плеча мальчишки и тут же отдернул руку. Подушечки пальцев закололо.
— Грибовский.
— Понял, — кивнул поляк.
Он вытащил зачарованный револьвер из кобуры и вышел из магазина — проверить периметр. Сработали здесь, конечно, чисто, но если кто-то остался на улице, то не хотелось бы попасть в ловушку.
Алекс же, в свою очередь, толкнул Стажера… тело Стажера.
То, по инерции, отодвинулось назад и расплылось на спинке кресла. Прошло еще не так много времени, чтобы оно успело закоченеть, но достаточно, чтобы запеклась кровь на лице.
Вновь мелодично просвистела свирель входного звонка.
— Там чисто и… Матерь божья! Дум, проклятье, ты совсем с ума сошел⁈
— Стереотипы, — притворно печально вздохнул Алекс. — чтобы ты понимал, это сделал не я.
Встав рядом, они вместе посмотрели на то, что осталось от Стажера. Его нижняя челюсть была сдвинута в сторону. Сломана в нескольких местах. И единственное, что её удерживало от падения на землю, это несколько кусков кожи. Еще не до конца порванной кожи.