Секретарь Тэймэй моментально сообщил Императрице обо мне и мне не пришлось ждать. Войдя, я посмотрел на полузамученную Императрицу, у нее появились темные круги под глазами, которые уже не могла спрятать косметика. Она молча указала мне на кресло напротив себя, а когда я подошел к креслу и не стал в него садиться, два красивых глаза начали сверлить меня с такой ненавистью, что, казалось, вот-вот и она начнет бой насмерть.
— Забыла, — Тэймэй схватилась за голову и печально вздохнула. — Хаа… Ты не можешь из-за спины сесть в кресло, верно?
— Просто не хочется. У нас военное положение?
— Почти. Принц уверен, что там, на базе, был ты, — устало проговорила Императрица, а я все же сел в кресло, не замечая боли.
— У него есть доказательства? Может, он пришел обявить войну, ультиматум?
— Нет, Дэйчиро, доказательств у него, лишь догадки, не имеющие под собой ничего кроме того факта, что нам эта диверсия была бы выгодна.
Тишина как-то сама собой воцарилась в кабинете, каждый из нас думал о своем. О чем думала Тэймэй мне не было известно, я же думал о войне.
— Хватит! — разорвала тишину Тэймэй. — Ты отсрочил разработку бомбы. Да, последствия ужасающие, но я думаю, за год-два они справятся с этими последствиями, а если не справятся, нам же будет лучше.
— Я постараюсь и дальше… — начало было я говорить, но Тэймэй тут же перебила меня.
— Никаких дальше! — Тэймэй ударила рукой по столу, а ко мне пролевитировали два листа бумаги. — Я как Императрица приказываю тебе, Дэйчиро Шосе, главе клана Шосе, не покидать пределы Империи. Никаких спецопераций! Для этого у тебя есть отряд, а у меня есть спецподразделения.
— Но…
— Никаких но! — Тэймэй смотрела на меня с ненавистью. — Ключевые члены клана Шосе на совете клана приняли решение не допустить твоего участия в боевых действиях.
— Тэймэй, но никто другой бы не справился.
— Не справься ты и не было бы у меня мужа, а у Империя правителя.
— Я не Император.
— У тебя нет выбора, ты им станешь, — сурово произнесла Тэймэй, а я сжимал в своих руках два листа с приказом царствующей Императрицы и решением совета клана Шосе о запрете моего участия в любых боевых операциях.
— Я должен что-то сказать? — кивнул я на листки бумаги.
— Конечно, твои слова должны начинаться со «слушаюсь и повинуюсь воле Императрицы», — зло проговорила Тэймэй.
— Слушаюсь и повинуюсь воле совета клана Шосе, — ответил я ей и Тэймэй посмотрела на меня с еще большей ненавистью.
— Выметайся, видеть тебя не хочу, — тихо и как-то устало произнесла Тэймэй.
Выйдя из кабинета я все также держал два приказа в своих руках, и только один из них имел для меня значение.