Я могу увидеть и постичь это.

Наверное, я вездесущ.

Эйфория длилась недолго. Я вспомнил, что меня ждут на Земле. Девушки, которых я люблю. Полина, которую я теперь считаю сестрой. Демонологи, объединившиеся, чтобы дать последний отпор изнаночным отродьям... Я понял, что всё ёще остаюсь человеком. Пусть наполовину, но эта половина никогда не позволит мне наплевать на тех, кто мне дорог. И даже Эрион, бросивший меня двадцать тысяч лет назад — не просто дух Бездны. Он мой отец, и нас что-то связывает. Эрион мог бы стать всемогущим, но этот путь его не устроил.

Внезапная догадка пригвоздила меня к земле.

Конечно!

Эрион, как никто другой, понимал цену, которую придётся заплатить новому демиургу за всемогущество. Очень высокую цену. Нергал крайне редко покидает границы Иркаллы — он боится стать обычным божком. Младшим ануннаком, коим он и являлся в незапамятные времена. Поэтому бог смерти и разрушения не отправился вслед за Ниимбом, а бросил в погоню своего верного пса. Знал, что ослабнет и уподобится обычному хтону. Или странствующему Эриону. Ну, и огребёт от Ниимба, само собой.

Для Нергала мой культ — это воздух.

А я могу дышать и другим воздухом.

Праной.

Нет, ребята, я не желаю сидеть в добровольном заточении, жонглировать фантазиями и бесконечно наблюдать за кружением Последней Ладьи по чёрной реке.

И отец не желает.

Мы оба стали свободными...

Хотел сказать «людьми», но передумал.

Не знаю, сколько времени я осмысливал себя, мироздание, вечные ценности и притяжение абсолютной власти. Отец, не напрягаясь, держался в сторонке, скрестив руки на рукояти меча.

— Нет, — сказал я.

Вера ещё вливалась в меня.

Прана выливалась.

Странно, что демоны не кормились этими запасами, а лезли в пространство людей... Ах, да. Чуть не забыл. Это Нергал умеет производить прану, Ниимб не дорос до уровня своего учителя.

Вместе с осознанием выбора пришло и другое осознание.

Мой разум вновь расширился, впитал в себя Изнанку и увидел конклав демонологов. Духи Бездны начали штурм. Вокруг пузыря с домом и яхтой скопилось огромное количество всякой мерзости. Барьер налился багрянцем. Я заглянул в сердце дома, в гостиную с полыхающим камином, и там столкнулся с проявлением мужества.

Большой Круг Демонологов.

Уцелевшие в вихре перемен экзорцисты и оккультисты. Все они застыли в напряжённых позах с окостеневшими взглядами. Я увидел индусов, азиатов и европейцев. Увидел тех, кого совсем не ожидал встретить. Тех, кого разделили войны и клановые конфликты после низвержения Четверых.

Люди встали плечом к плечу против Бездны.