— Я до сих пор это помню. Когда шлифуешь гипсокартон, белая пыль забивается в волосы, в брови, даже в нос… Потом ещё неделю чихаешь.

— А я усвоил одно правило — никогда не красить стены по пятницам. Уборщики приходят, поднимают всю пыль и песок.

— Вот именно! А потом эта пыль намертво липнет к свежей краске! Вы отлично в этом разбираетесь.

Неожиданно между ними возникла живая, почти домашняя близость. Дети президента с юности работали руками — им с малых лет прививали привычку начинать с самого низа, набираться настоящего, а не книжного опыта. Поэтому разговоры с людьми, прошедшими через похожие трудности, давались им легко и естественно.

Они смеялись, перебрасывались историями, узнавали друг друга без всякой натянутости.

А Десмонд тем временем сидел чуть в стороне, напряжённый, словно струна. Пальцы сжимали бокал слишком крепко, взгляд прожигал Джерарда. До него медленно, но неотвратимо доходило осознание.

Он попал в ловушку.

«Надо было быть осторожнее».

На самом деле вся эта ситуация была выстроена Джерардом с самого начала. Он знал, что дяди ни за что не позволят ему вести протокол президентской семьи напрямую. Чтобы перехватить контроль, он должен был вынудить их сделать первый шаг. И расчёт оказался безупречным.

Но младший дядя допустил роковую ошибку.

«Он солгал».

Десмонд заявил, что именно он вёл переговоры с командой Трампа, хотя на самом деле понятия не имел, о чём там шла речь. Эта ложь стала для него смертельной ловушкой — и редчайшим шансом для Джерарда.

— Приятно снова вспоминать такие вещи. Они многое возвращают, — сказала одна из гостей с тёплой улыбкой.

— Рад это слышать, — ответил Джерард. — Кстати, должен уточнить… на самом деле всех вас сегодня пригласил мой дядя Десмонд.

— Правда?

— Да. Хотя, кажется, чуть раньше он принял этого господина за переводчика…

Слова прозвучали легко, почти небрежно. Но эффект был мгновенным.

Десмонд застыл.

— Не так ли, дядя? — добавил Джерард, повернувшись к нему с вежливой улыбкой.

— Э-э… кхм, да, верно, — пробормотал Десмонд. — В последнее время память иногда подводит…

В его глазах мелькнула настороженность. «Во что ты сейчас играешь?» Но Джерард лишь пожал плечами, словно ничего особенного не произошло. За его спокойствием скрывался холодный, точный расчёт.

«Если я сейчас надавлю слишком сильно, это будет выглядеть мелочно».

Что бы ни происходило между ними, президентская семья явно не одобрила бы открытый семейный конфликт. Поэтому Джерард выбрал противоположную тактику. Он позволит дяде самому выставить себя неподготовленным, а затем выступит в роли заботливого племянника, который искренне старается помочь.