Настоящая гонка наконец начнётся.

Когда Сергей Платонов покинул зал, двери мягко сомкнулись за его спиной. Глухой щелчок замка прозвучал в тишине почти громко. В просторной комнате остался только наследный принц Фахид бин Салман.

Некоторое время он неподвижно сидел в кресле, тяжело опершись локтями на стол. Слабый аромат остывшего кофе всё ещё витал в воздухе, смешиваясь с запахом дорогого дерева и холодного кондиционированного воздуха. За окнами тихо гудел ветер пустыни, приглушённый толстыми стеклопакетами.

Принц долго молчал. Мысли медленно перекатывались в голове, как камни в глубоком колодце.

«Непростой человек».

Фахид бин Салман стоял на самой вершине власти. Его слово нередко было равносильно закону. Люди внимательно следили за каждым его жестом, ловили каждую интонацию. В любых переговорах именно он задавал темп, направлял разговор, держал нити ситуации в своих руках. Но сегодня всё было иначе. С самого начала и до конца беседы он словно плыл по течению, которое задавал Сергей Платонов. Это ощущение было неприятным. Очень неприятным.

Принц медленно провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стряхнуть липкое послевкусие разговора.

«Я не позволю вести себя за нос».

Сергей Платонов хотел привлечь саудовские деньги. Это было очевидно. Но плясать под его дудку принц не собирался. Он резко поднял взгляд.

— Соедините меня с Масаёси Соном.

Секретарь бесшумно поклонился и вышел. В кабинете снова стало тихо. Лишь часы на стене размеренно отсчитывали секунды.

Прошло около десяти минут. Дверь тихо приоткрылась, и секретарь вернулся.

— Ваше Высочество, линия готова.

Принц взял трубку. В динамике послышался слегка хрипловатый голос.

— Да, слушаю.

Принц сразу перешёл к делу:

— Вам знаком человек по имени Сергей Платонов?

На другом конце линии на мгновение повисла пауза.

Затем собеседник произнёс:

— Вы имеете в виду того самого Сергея Платонова из войны вокруг китайского юаня?

— Именно его.

Принц медленно постукивал пальцами по столу.

— Он собирается создать фонд объёмом сто миллиардов долларов.

В трубке снова повисло молчание.

Потом прозвучал голос Масаёси:

— … Впервые об этом слышу.

В этом не было ничего удивительного. Ни один частный фонд не способен конкурировать с разведывательными возможностями государства.

Принц коротко пересказал разговор. Он упомянул и о предложении — тридцать миллиардов долларов в обмен на трёхлетнюю паузу. И о том, что Сергей Платонов отказался. Вообще-то на этом разговор можно было закончить.

Его задача заключалась лишь в том, чтобы предупредить Масаёси Сона заранее — чтобы тот не оказался застигнут врасплох, если Сергей Платонов вдруг начнёт действовать. Но принц всё никак не мог избавиться от одной фразы, которая продолжала звучать в его голове.