– Не уверена, что хочу об этом говорить, – машинально я попыталась стянуть рукава футболки как можно ниже, чтобы прикрыть тело.

– Да, хорошо. Тебя обидел кто-то?

– Нет, это не то, о чем можно было подумать.

Парень обеспокоенно смотрел на меня, но ничего не говорил, не требовал. И я была за это благодарна.

– Пойдём в комнату, там диван удобнее, чем эти стулья. Сейчас принесу чай с шоколадкой. Что-нибудь ещё будешь?

Я мотнула головой и поднялась с места.

Пока Лëша разбирался с чаем, я сидела на диване и смотрела в одну точку.

Никто из моей новой жизни не знал о том, что произошло. Кроме Катюхи. Это казалось мне правильным. Да и так я чувствовала себя спокойнее и безопаснее.

Но сейчас впервые почему-то захотелось открыться. Из-за эмоций и действия момента, наверное.

Лëша принёс чай, поставил всё на журнальный столик и сел на противоположный край дивана. Он молчал. Будто был готов выслушать, если я всë же решусь заговорить.

– Мы с Катей раньше учились в другом институте, – выпалила я почти шёпотом, будто боясь, что передумаю. – Познакомились там на первом курсе и подружились. Я была самой обычной студенткой из провинции: не выделялась, звёзд с неба не хватала. На меня обратил внимание один парень… Очень красивый. По нему все девчонки сохли. Высокий, спортивный, с голубыми глазами. В общем, герой всех женских романов. Я была молодой, наивной, верила ему и всё принимала за чистую монету. Мы общались, он вроде как ухаживал за мной, флиртовали. Потом всё логическим образом дошло до момента, который подразумевает интим. Я не была готова. Отказалась, после чего он буквально озверел, сказал, чтобы я не строила из себя недотрогу. Начал угрожать, манипулировать…

У меня дыхание перехватило от воспоминаний о том времени. Изнутри всю трясло.

– Я попыталась вычеркнуть его из своей жизни, но это оказалось сложнее, чем я думала. Он придумал историю, по которой я липла к нему, чуть ли не выпрашивала деньги, сама отправляла свои интимные фотографии. Фотографии я действительно отправляла. Но это было обоюдно на тот момент. Только по всему институту разлетелись мои фотки. Начались несколько месяцев настоящего ада: коллективная травля, насмешки, игнор, на меня даже преподаватели косо смотрели. Только Катюха не отвернулась. Я не выдержала… Забрала документы и перевелась. А в новом универе превратилась в серую мышь, лишь бы никто не обращал на меня внимание.

– Мудак, – проскрипел парень сквозь зубы, когда я стихла. – Надо было заяву на него писать. У тебя его контакты остались?

– Нет, Лëш… Я просто… Не хочу ничего о нём, – из глаз предательски брызнули слезы, и я не могла взять себя в руки. Мысли в голове путались.