— Тогда не лезь туда, где ни черта не смыслишь.

— Чего?

Он заметил, как между её нахмуренными бровями появилась морщинка. Но Матвея не испугала её злость, напротив, она придала ему решительности для жёстокого ответа:

— Захваченные земли — не место, где учатся на ошибках и получают синяки, ясно тебе? Мерзляки ошибок не прощают и синяков не оставляют тоже. Запомни это, когда мы высадимся на сушу.

Не желая разжигать назревающую ссору с прогрессисткой, собиратель молча развернулся и направился к вездеходу, чувствуя спиной её сверлящий взгляд.

Когда он поднялся по ступенькам и шагнул внутрь «Титана», то чуть не столкнулся с Ясиром. Тот снимал повязку с головы Арины, сидящей на кровати у самого входа.

На соседней койке из разложенных кресел лежал Вадим Георгиевич. Его перенесли из кубрика в вездеход ещё вчера по настоянию врача, поскольку раненый нуждался в оптимальной для его состояния температуре. В «Титане» были установлены небольшие кондиционеры, которые, хоть и потребляли драгоценные ватты, зато помогали сохранять жизнь старику, толком не приходившему в себя уже почти неделю.

Прохладный воздух приятно ласкал вспотевшее лицо Матвея, и на мгновение он даже забыл, зачем сюда пришёл:

— Арина…

— Минутку, — остановил его араб, призывая дождаться окончания процедур.

Под снятой повязкой на лбу Арины обнаружился небольшой аккуратный шрам. Тонкая, немного выпуклая полоска, чуть темнее кожи, начиналась выше правой брови, делала изящный изгиб, и уходила к темени.

Матвей заметил, что в том месте, где рубец встречался с волосами, не было привычных каштановых прядей. В этот момент девушка взглянула в висевшее напротив зеркало, и увиденное там её заметно обескуражило:

— А волосы… они?

— Боюсь, что нет, — холодно сообщил Ясир. — Рана была слишком глубокая, волосяные фолликулы повредились.

Он взял со столика небольшую баночку, слегка зачерпнул из неё пальцем какую-то белую мазь и стал осторожно наносить её на шрам.

— Вот, это немного успокоит зуд. Мажь, если будет совсем тяжело. Хорошо?

Расстроенная Арина тихо кивнула и опустила взгляд.

— Эй, — ласково окликнул её Матвей.

Она растерянно обернулась.

— Ты всё равно прелесть.

Девушка натянуто улыбнулась и спросила:

— Ты чего хотел-то?

— Кажется, ты последней ходила на склад кормить нашего пленника?

— Да, — она вновь взглянула в зеркало.

— Ключ от двери по-прежнему у тебя? Дай его мне.

Арина вынула из кармана ключ и протянула Матвею:

— А тебе зачем? Я же покормила его.

— Хочу вывести бедолагу на палубу хоть ненадолго, иначе он там сварится заживо.

— Надо бы прежде спросить разрешения у сержанта, — предложил Ясир и ладонью коснулся лба Вадима Георгиевича.