— Да, пап.
— Время от времени мы должны стирать грань между жизнью и выживанием, иначе так и свихнуться можно. Запомни это и вбей себе в голову как следует, понял?
— Да, пап.
— Вот и хорошо.
Отец оказался прав, это, и правда, помогало: читая выдуманные истории, у Матвея иногда появлялась надежда, что всё это когда-нибудь закончится, мерзляки сдохнут, а человечество начнёт жить заново. Увы, с каждым годом надежда на подобный исход становилась для Матвея всё менее осязаемой.
От размышлений его отвлёк стук в дверь. Матвей нехотя поднялся с кресла и открыл замок. В коридоре его встретил Сэм, укутанный в старую куртку.
— Привет, Сэм. Заходи…
— Привет. Благодарю тебя, но я только на минутку.
— Что случилось?
— Со мной около часа назад связались по рации, спрашивали, остались ли на станции собиратели. Я сначала сказал нет, наши-то уже два месяца как на вылазке, а потом вспомнил про тебя и… в общем-то, вот.
— Кто связался? Какая станция?
— Они не назвались. Просто спросили, есть ли собиратели, — затем, почесав за ухом, он добавил: — Странно, да? Зачем им собиратели, когда окончание сезона на носу?
— И что ты им ответил?
— Только назвал им твоё имя и, вроде как, дал обещание, что ты с ними свяжешься завтра в десять утра. Это всё.
— Ясно. В таком случае можешь связаться с ними завтра сам и ответить, что я больше этим не занимаюсь.
— Как скажешь!
— И ещё, Сэм… Постарайся не распространяться насчёт имён в следующий раз.
— Да, согласен, — виновато опустив взгляд, ответил американец. — Просто этот тип был так настойчив… Ладно, не буду тебя больше беспокоить. Спокойной ночи!
— Спокойной ночи, — кивнул ему Матвей и закрыл дверь.
Жаль только, что ночь эта оказалась вовсе не спокойной. Когда Матвею, наконец, удалось заснуть, его тут же окутали кошмары.
В них он снова видел, как мерзляки разрывают его ребят на части, одного за другим. И он ничего не может с этим поделать.
Совсем ничего.
Глава 3 Чужаки
Кто бы мог подумать, что оставшиеся в прошлом способы шить одежду из шкуры животных вновь станут актуальны? До чего причудливо наблюдать, как синтетические куртки постепенно сменяются паркой из тюленьей шкуры, а нейлоновую обувь вытесняют унты с прокладкой из пингвиньего меха. Исчезают стальные иглы — их место занимают маленькие косточки птиц и китовый ус. Ничто не пропадает даром.
Зная, что ещё тридцать лет назад во всём мире полностью запретили использовать шкуры и мех животных в качестве материала для одежды, подобное не укладывается в голове. Будущее стало тесно сосуществовать с прошлым.
Из личного дневника Фридриха Шульца, старосты станции «Конен», 2069 год.