— Мне решать… — повторил тихо тот, присев на старый ящик. — Как же на такое можно решиться? Это тебе не хухры-мухры, на опасное предприятие ты подписываешься, Матвей, да ещё и в компании с этими…

Из кабинета раздался стук, и оттуда приглушённо прозвучал голос Нади:

— Долго вы там? Мы здесь уже замёрзли до костей!

— Суетливая баба, а? Прогрессистка… — кивнув в сторону двери, произнёс староста.

— Не то слово, — подтвердил Йован.

— Да уж…

— Ну, так что, Олег Викторович? Что вы скажете? — спросил Матвей.

— Да что я скажу… прав ты. Не верю я этим змеям, каждому их вздоху не верю, но грех будет не попытаться… Да и верно ты подметил, все эти собрания — пыль в глаза. Ничего они не решат, — он тяжело вздохнул и посмотрел на Матвея с Йованом: — Добро я даю, так и быть. Кроме вас, «Востоку» больше не на кого надеяться. На вас вся надежда, ребятки.

С этими словами староста подошёл к ним поочерёдно, обменялся рукопожатиями и по-отечески обнял каждого. У бедолаги даже слеза выступила, которую он спешно смахнул.

К прогрессистам они зашли втроём.

— Мы согласны, — ответил Матвей, — но помяните моё слово, это будет не спасательная экспедиция, как вы себе её представляете, а поездка за трупом.

Главный прогрессист хранил молчание, только тихо улыбался.

— И ещё кое-что, — серьёзным тоном добавил Матвей, — если вы попробуете обмануть меня и нарушить условия сделки, помяните моё слово, мерзляки покажутся вам цветочками в сравнении с тем, что с вами сделаю я. Это понятно?

— Да, — кивнул прогрессист. — Предельно понятно.

Матвей заметил, как Надя хмыкнула, явно не приняв его угрозу всерьёз. Будь у него время и силы, он поговорил бы с ней с глазу на глаз, но пока решил лишь взять на заметку этот жест и поставить в памяти галочку на её счёт.

Собиратель подошёл вплотную к Вадиму Георгиевичу и протянул руку.

— Вы дали слово, восемьдесят на двадцать.

— Восемьдесят на двадцать.

Он крепко пожал довольно мягкую руку старика. Такую невозможно было встретить ни у одного восточника, с детства привычного к тяжёлому ручному труду. Да, куда там, не все восточники даже имели пять пальцев на руке. Обморожение и ампутация в этих краях были частым явлением.

Пока они пожимали друг другу руки, Матвей долго смотрел в мутные глаза старика, пытаясь выяснить, что же у того было на уме.

— Не будем терять времени, — вскорости ответил Вадим Георгиевич. — Отправимся немедленно.

— Мне и моему напарнику нужно подготовиться, собрать всё необходимое, — Матвей кивнул в сторону Йована, давая понять, что он поедет не один.

— Хорошо… — согласился прогрессист, молча приняв очередное условие. — Лишние руки нам не помешают.