– Мария Немцова, – представил собравшимся людям доктор, – а это её дочь Елизавета. Состояние потерпевшей, как видите, критическое. В сознание она не приходила. Находится в коме. Повреждение черепа, сотрясение мозга и внутричерепная травма. Перелом предплечья, левой кисти руки, левой стопы. Растяжение связок шейного и грудного отделов. Мы сделали всё, что возможно. Медперсонал находится с ней в палате круглосуточно. На все ваши вопросы я отвечу позже. Пройдёмте в мой кабинет, господа.
Процессия вышла из палаты.
Медсестра поправляла трубки на больной и записывала показания приборов.
– Ты бы шла отдыхать, девочка – обратилась она к Лизе, – ведь вторые сутки сидишь… Ничего не изменится в ближайшее время. Твоя мама постоянно под нашим контролем. Ты не волнуйся, милая. Сама же видела, какие господа беспокоятся о её здоровье. Любые деньги готовы заплатить, лишь бы она была жива и здорова. Ты только верь. Надежду терять нельзя. И для больной– это очень важно, хоть она и выглядит сейчас, как мумия.
– Не называйте маму мумией, – всхлипывая, говорила Лиза, – и я никуда не уйду: если она вернётся к жизни, я должна её встретить. Я, понимаете? Я, а не медсестра. А если она уйдёт из жизни, то проводить её должна тоже я. Понимаете? Я!
И девушка опять залилась слезами.
– Да нет, что Вы! – отвечала медсестра, – пожалуйста. Только здесь в реанимационной палате доктор не разрешает находиться. Может, для Вас какие-то другие условия, я же не знаю.
Доктор Шульман, Басов – виновник аварии, следователь и адвокат – как одна дружная команда – сидя в кабинете главврача, обсуждали состояние потерпевшей и все варианты её предстоящего лечения.
– Мы сделаем всё возможное, – заверил главврач, – хотя шансов выжить у неё, практически нет.
– Нет, док! – строго и, глядя прямо в глаза, говорил Басов, – Вы должны сделать всё невозможное со своей стороны! Не-во-змо-жно-е, – медленно, по слогам произнёс он, – А я со своей – оплачиваю все расходы. Все! – он многозначительно смотрел на доктора, – Мария Немцова не должна умереть! Вы понимаете, доктор?! Не-дол-жна! Верните её к жизни любой ценой! Лю-бой!
– Да, да… Я понимаю Вас. – так же выразительно глядя на собеседника, отвечал Шульман, – Я – хороший хирург, господин Басов, но я не волшебник.
– Не скромничайте, док. Вы – отличный хирург, и мы знаем это. Вот, моя визитка. Здесь все телефоны. Держите меня в курсе, доктор.
Глава 17
На следующее утро Федос проснулся, чувствуя себя отдохнувшим и сильным. Головная боль его уже не мучила. Сознание работало чётко. Он вызвал медсестру звонком, расположенным у кровати и попросил её подготовить полный расчёт за пребывание в клинике. Оказалось, что сделать это совсем не просто и, тем более, не быстро.