— Дело настолько щекотливое, что Людовик послал вас?

— Да, ваша светлость. — Судя по выражению лица, фон Бахман почувствовал моё настроение. — Его Величество не рискнул довериться бумаге.

— Слушаю вас, майор.

— Вы знаете, какая ситуация сложилась в стране, — фон Бахман вздохнул. — Фактически, власть перешла к Национальному собранию. Дворяне бегут за границу, не желая рисковать свободой и жизнью. Подле короля почти не осталось верных людей, и он признаёт, что ошибся, отказавшись от вашей помощи.

— Боюсь, уже поздно что-то менять. Вернуть власть Людовику не в моих силах.

Майор покачал головой.

— Король понимает это, ваша светлость. Но сейчас он больше всего беспокоится за жизнь дофина. Луи Шарль едва не пострадал, когда бунтовщики ворвались в Версаль. И король хочет обратиться к вам с просьбой.

Мы с Таней переглянулись, и я кивнул фон Бахману, чтобы тот продолжал.

— Дофину опасно оставаться в Париже. Если бы вы могли предоставить ваш удивительный воздушный транспорт, чтобы вывезти мальчика в безопасное место, король считал бы себя вашим должником.

— Надеюсь, Людовик понимает, чем просит меня рискнуть? Если об этом станет известно Национальному собранию, сделка с Луизианой не будет заключена.

— Сейчас вы последняя надежда для короля, ваша светлость. Дворяне, оставшиеся верными Его Величеству, не смогли организовать отъезд королевской семьи, столкнувшись с предательством.

Не отъезд, надо было сказать, а бегство. Король испугался перспектив и пытался бежать из Парижа, а может быть, и из страны.

— Сейчас они арестованы и, вероятнее всего, будут казнены, — продолжал майор. — Король уже не рассчитывает изменить свою участь и переживает только о судьбе дофина. У вас есть сын, ваша светлость, и вы можете понять чувства короля. Он просит вас не как монарх, а как отец, волнующийся о своём ребёнке.

Таня положила ладонь на мою руку и легонько сжала. Я обернулся и увидел в её взгляде просьбу. Отказать жене я не мог, да и мне самому было жаль мальчика. Дети не должны расплачиваться жизнью за глупость и безволие своих родителей.

— Хорошо, майор. Я помогу дофину покинуть Францию.

Фон Бахман низко поклонился.

— Король просил передать вам свою искреннюю благодарность и вот это, — он вытащил бумагу, скатанную в трубочку, с края которой свисала золотая печать на шнурке. — Он передаёт вам в дар остров Гваделупа в Карибском море. Это личное владение короля, в отличие от заморских территорий, и он может распоряжаться им по собственному усмотрению. Документ оформлен по всем правилам и заверен подписями послов Испании, Австрии и нескольких цвергских княжеств. Даже Национальное собрание не сможет его оспорить.