А потом дверь с шумом открылась, и в комнату вошла Марья Алексевна.
— Налей мне, Настя, притомилась я что-то. А ты иди, папаша, — улыбнулась она, — сын у тебя родился. Богатырь!
И ведь ни разу не ошиблась княгиня. Сашка рос на редкость здоровым ребёнком, почти не болея. Увы, у него не случилось родных братьев и сестёр — Анубис мне намекнул, что для бывшего некроманта и один ребёнок это чудо. Зато была целая куча тех, кто с радостью их заменил. Близнецы Бобровы, души в нём не чаявшие. Две дочери Ксюшки и испанца, огненно-рыжие, как мать, но с рассудительным характером отца. Двое сыновей и дочка Суворова, женившегося на Агнес. Ну и Киж, естественно, — он всегда умел ладить с детьми, и они не видели в мертвеце взрослого. А вместо бабушек у него были Марья Алексевна и Настасья Филипповна.
— Пап, чуть не забыл, — прервал молчание Сашка, когда закатное небо совсем потемнело, — пришла эфирограмма из Ангельска. Представляешь, тебе из Петербурга прислали какой-то старый диван! Это какая-то шутка, да?
Глава 4 Хвосты
Как же похорошел Ангельскогорск при Боброве! Даже название сократилось до Ангельска, чтобы было удобнее говорить. Ну и в остальном бессменный градоначальник проявил себя с лучшей стороны, сделав город идеальным. С чистыми улицами, зелёными бульварами и эфирными трамваями. Ангельск уже мог соперничать размером с Петербургом. Но критически отставал от столицы империи по количеству дворцов — у нас их была ровно одна штука. Да и тот использовался только для официальных мероприятий и как княжеская канцелярия. Алеутские дворяне не тяготели к роскоши и предпочитали вкладывать деньги не в помпезные хоромы, а в дело.
Дирижабль подходил к городу со стороны океана, и я не мог не полюбоваться на открывающийся вид. Широкие мазки бульваров, зелёные пятна парков, дома из белого камня. Ползущие по улицам вагончики трамваев, конные экипажи и первые автомобили на эфирных двигателях.
Последние были совместным детищем Кулибина и Черницына. Два гения потратили почти пять лет на создание простого и технологичного двигателя для транспорта. Какие только варианты они не пробовали! И полностью на деланной магии разных конструкций; и не магические, внутреннего сгорания на спирте, нефти или керосине; и миниатюрный паровик, нагревающийся Знаками; и различные гибриды этих схем. Но все они получались или ненадёжными, или слишком сложными для массового производства.
В конце концов мои изобретатели нашли оригинальное решение — роторный двигатель, охлаждаемый Знаками. Главная хитрость крылась в топливе: в бак заливалась обычная вода, которая разлагалась Знаками на водород и кислород прямо перед подачей в камеру сгорания. Просто и надёжно! И главное, вполне по плечу для производства на моих заводах. Ну и без вредных выхлопов, что немаловажно.