* * *
— Смотри-ка, не обманул сумасшедший, — хмыкнул Киж и спросил: — Атакуем?
Вход в павильон д’Энфер охранял десяток вооружённых наёмников. Внутри сидело несколько магов с активированными Талантами. А защитные Знаки на стенах были не хуже, чем в какой-нибудь крепости.
— Потеряем время. Давай попробуем пройти под «плащом».
Киж кивнул и накинул на нас своё фирменное заклинание. Желудок привычно сжало спазмом, а зрение стало чёрно-белым. И мы быстрым шагом двинулись к входу в павильон.
Усатые швейцарцы, дежурившие возле входа, не заметили нас. Даже когда мы открыли дверь и проскользнули внутрь, они не дёрнулись. Маги в доме тоже не слишком напрягались, сидя в одной из комнат, играя в карты и наливаясь вином.
— Французы, — презрительно бросил Киж, — никакой дисциплины. Пока стрелять не начнёшь, они и не почешутся.
Вход в катакомбы искать не пришлось. Стоило спуститься в подвал, как мы обнаружили прямую дорогу к тяжёлой железной двери, запертой изнутри.
— Не надо магией, — остановил меня Киж, — чтобы они не узнали о нас заранее. Я её так открою.
Он сжал пальцы железной руки, выпуская из кулака длинный стальной шип. Ему понадобился всего десяток ударов, чтобы сломать петли и плечом выбить дверь.
— Разрешите, Константин Платонович, я первым пойду. А то мало ли что нам приготовили.
Киж шагнул на лестницу и стал спускаться в тёмный провал. А я двинулся за ним, сжимая в ладони Нервного принца. Использовать в катакомбах grand wand я не рискнул — его мощи хватит, чтобы случайно обвалить старые галереи и похоронить нас заживо.
Под «плащом», не зажигая света, мы двигались по широким неосвещённым коридорам. С каждым шагом я ощущал, что мы всё ближе и ближе к месту концентрации эфира. Даже с завязанными глазами я мог указать направление на него — так в полдень всей кожей чувствуешь, в какой стороне солнце. Вот только наша цель была не тёплой и ласковой, а опасной, злой и тёмной.
— Назад! — Киж внезапно остановился. — Засада!
Со всех сторон на нас обрушился яркий свет магических светильников. А впереди появился Сен-Жермен, сложивший руки на груди и довольно улыбающийся.
— Доброй ночи, князь! Вы зря прячетесь, я прекрасно вас чувствую. Нет, не стоит даже пытаться бежать — слишком поздно.
Он шаркнул ногой по полу, разрывая замыкающий контур. И мне на плечи упала невероятная тяжесть, пригибая к земле. А внутренний источник силы яростно дёрнулся и «угас».
— Не один вы владеете секретами Тау, — рассмеялся Сен-Жермен. — Ну, ну, не стоит так переживать, князь. Для вас я приготовил место в партере, вы увидите миг нашего торжества во всех деталях. Взять его!