— Гони! Ещё быстрее!
Кожемяка хлестнул вожжами и направил экипаж к воротам посольства. Механические кони выбили узорчатые кованые створки. Брызнул песок из-под их копыт на подъездной дорожке. И у самого входа в особняк опричник резко остановил экипаж, подняв механических скакунов на дыбы. А я уже спрыгнул на землю и рванул в посольство. Взлетел по парадной лестнице и бросился к нашим с Таней комнатам.
Бух!
Я с ходу выбил дверь и ворвался внутрь. Успел! Успел вовремя!
Таня была жива и даже отбивалась, кидая в гудящую тучу огненные всполохи. Но основная тяжесть обороны лежала на плечах её телохранителя-туарега и Мурзилки.
Кот «плясал» перед тучей, подпрыгивал и бил её лапами. Отчего на пол сыпались целые горсти насекомых. Облако пыталось атаковать в ответ, но каждый раз, когда оно касалось кота, шерсть в этом месте вспыхивала. Так что Мурзилка был цел, но весь покрыт чёрными подпалинами.
С туарегом же происходила другая история. Туча просто не могла к нему приблизиться, словно мертвец был укрыт защитным полем. Чем он и пользовался, прыгая по комнате и не пуская насекомых внутрь. А вот особых средств для борьбы с напастью у него не нашлось, и он убивал насекомых по старинке — хлопая в ладоши и давя мелкую пакость. В общем, феерическое зрелище, будто я попал в сумасшедший дом в палату буйнопомешанных.
— Все назад!
От моего крика и Мурзилка, и туарег прыгнули назад. А я вытянул руку и выпустил поток раскалённого эфира. Повторять фокус по-гасконски в помещении не рискнул — слишком велик шанс спалить самого себя. Но и одного потока хватило, чтобы подпалить гадость.
Туча дрогнула, сгорая под напором пламени. Загудела на пределе и стала собираться в плотный комок. Плотнее, ещё плотнее, превращаясь в блестящую чёрным хитином фигуру. Человеческую фигуру. Сложена она была гипертрофированно атлетически — бугрящиеся мышцы, мощные руки, длинные стройные ноги. А черты лица были скорее европейские, чем негроидные.
— Хрррр!
Рот на чёрном лице, сложенном из насекомых, распахнулся, покрытый изнутри тысячей шевелящихся лапок. Меня аж передёрнуло от такого отвратительного зрелища. И что хуже всего, взвесь раскалённого эфира не причиняла фигуре никакого вреда.
— Хрр… Гхххехррсссооохххх!
Поняв, что не может ничего внятного сказать, фигура вперилась в меня жутким взглядом чёрных слепых глаз.
— Уходите, быстро!
Я шагнул вперёд, загораживая Таню и её защитников и разворачивая вокруг себя магический щит. Они не стали спорить, понимая, что здесь сейчас начнётся, и кинулись к выходу. А вокруг меня уже начинал дрожать эфир от пробуждающейся мощи.