— Налим, мою долю прибереги, я потом заберу, — вспомнив позывной главного, попросил я и, не слушая возражений, убавил звук. Потом, подумав, вернул все как было, на случай если упыри захотят связаться. Но ответный монолог командира, если он был, пропустил — уже хорошо.
Корабли охраны я догнал довольно быстро и занял место в строю, пристроив свой справа. Все происходило спокойно и буднично, как будто так и должно быть. Противник тоже не спешил приближаться, словно давая время лишним свидетелям покинуть место будущего боя. Что для меня было довольно странно, если честно. Какие же они тогда пираты, если позволяют добыче сбежать? Нет уж, тут явно что-то было не так…
— Уходи, — в какой-то момент раздался в динамике безликий голос электронного переводчика. — Это наш бой, вас не тронут.
— А мы своих не бросаем! — ухмыльнулся я, прикинув расстояние до противника. Можно было бы еще успеть уйти в прыжок, но за спиной все еще суетились по одному выходящие из облака шахтеры, а в благородных врагов я не верил.
Упырь (а это наверняка был кто-то из них) спорить не стал, видимо, не посчитав нужным, а я покрутил штурвал, наводя перекрестие прицела на один из кораблей врага, и приготовился стрелять, как только они подойдут поближе. На какое расстояние действует пушка, я не знал, но справедливо рассудил, что раз охранники не торопятся стрелять, то и мне не следует.
Впрочем, вскоре мне пришла в голову более умная мысль, и я принялся увеличивать изображение на переднем экране, чтобы прицелиться получше, решив больше не ждать. У меня-то, в отличие от временных соратников, щита нет!
— Это что, ваши? — стоило мне приблизить изображение вражеского корабля, как сам собой возник вопрос, который я поспешил озвучить в эфире. Уж больно корабли противника напоминали истребители упырей. Немного другой формы, но такие же прилизанные и красивые…
— Чужие, — последовал лаконичный ответ. — Другая семья…
Если честно, этот ответ абсолютно ничего не прояснил, но от дальнейших вопросов пришлось воздержаться, потому что куцые крылья вражеских истребителей озарились вспышками — и я поспешил уронить корабль вниз, уходя от снарядов и ругаясь про себя на то, что не успел выстрелить первым.
Ну а дальнейшее запомнилось мне как сплошной калейдоскоп рывков, виражей и мотыляния меня по креслу из стороны в сторону, а иногда и вверх-вниз…
— На тренажерах такого не было! — пытаясь сморгнуть кровь, заливающую правый глаз, ворчал я, всеми силами держась за штурвал, чтобы опять не врезаться головой в потолок.
Или подбородком — в тот же штурвал, как тоже уже случалось. И при этом я практически не смотрел, куда лечу, лишь краем глаза следил за тем, чтобы на переднем экране было чисто, и во все глаза — за тем, что творится на экранах заднего вида, чтобы не поймать снаряд в сопла… Иногда корабль вздрагивал, видимо, от попаданий, но воздух в кабине был и двигатели работали, а с остальным я планировал разобраться позже, если выживу. И вот как раз с этим намечались неслабые проблемы… Просто потому, что во время одного из кульбитов я заметил, как кто-то из моих соратников разлетается на осколки, а за вторым устремляются сразу два противника. Ну и мой персональный недоброжелатель никак не хотел стряхиваться с хвоста. Причем сам я успел выстрелить лишь дважды, и оба раза — когда в прицеле на долю секунды оказывались чужие противники. Может быть, даже попал, потому что в какой-то момент видел, как рядом в смертельной карусели кружатся уже двое. Но это не точно…