Я впал в ступор и задумался. Да, чёрт побери, такое же действительно было у нас в конце 90-х. Точного местонахождения этих плантаций я не помнил, но появляться там было совсем нежелательно.

— Пока ты ходишь мимо, — продолжил отец, — тебе ничего не сделают. Но только зайдёшь на конопляное поле — тебя там и закопают.

— А менты-то куда смотрят? — спросил я отца.

— А местный начальник уголовного розыска… Он их крышует. Хотя какой там крышует, не его это уровень, сам понимаешь. Даже в наше время и даже в нашей глуши, чтобы поля конопли ни милиция, ни пограничники не замечали, кто-то должен их крышевать в самых высоких кабинетах.

— Да, — сказал я. — Дела.

— Ладно, бать, ты меня знаешь — я на рожон не полезу. Может, ружьё дашь на всякий случай, мало ли?

Батя посмотрел на меня удивлённо:

— Какой, на хрен, всякий случай? Ружьё у меня не зарегистрированное, сам знаешь. Перестреляете ещё друг друга, балбесы. Вы же никогда нормально не охотились и не умеете толком с оружием обращаться. Так что дуру не гони. Не дам я тебе ружьё.

— Да ладно, папа, я пошутил, — сказал я.

Я покормил животных и стал собираться в поход. Батя поехал на работу — он работал сварщиком в совхозе. В отличие от большинства мужиков, с кем он работал, он не пил, не курил, поэтому выглядел намного младше своего возраста: в 45 лет он выглядел так, будто ему было лет тридцать. Да и питание тогда было другим. Сложение у взрослых сорока- и даже пятидесятилетних мужиков было такое, что в будущем молодые парни, которые постоянно пропадают в спортзалах, смогут поддерживать такую форму. Ни грамма лишнего жира.

Я достал свой энцефалитный костюм, которому было уже, наверное, лет десять, помнится, его еще мой батя носил. Сделано было так добротно, что он ещё долго послужит. У меня было два рюкзака: детский, с которым я ходил в походы ещё в пятом классе, небольшой, литров на тридцать, и огромный, литров на шестьдесят. Большой рюкзак мне был не нужен, поэтому я взял маленький, с которым ходил в походы еще в детстве. Положил туда кусок сала, отварил яиц по-быстрому, взял с собой хлеба, налил в термос сладкого чая. Это был стандартный набор в поход. Конечно, обычно брали с собой ещё картошку, чтобы запекать её, но сейчас я её не взял, потому что костёр разводить не собирался. Никакой встречи с одноклассниками у меня, конечно, запланировано не было. Даже если родители узнают, что я ни с кем не встречался, скажу просто: «Ребята не пришли, а я решил прогуляться по лесу, что я зря собирался». Хотя никто меня, скорее всего, проверять не будет — мы почти каждые летние каникулы ходили в поход с бывшими одноклассниками, потому что продолжали поддерживать хорошие отношения.