спортивную сумку, резким движением руки скинул с головы капюшон.

Тревога моя увеличилась в разы, когда я увидела, что у него до самого затылка есть

татуировка. Где-то от задницы, наверное, начинается. Точно наёмник. Я в фильмах видела

таких.

Теперь у меня не осталось сомнений в том, что его нужно бить по башке роликом для отжиманий

прямо сейчас.

Уверено замахнулась и…

И я не поняла, что произошло дальше, как так получилось, и что со мной будет теперь.

Но я точно ощутила лицом, насколько в прихожей жёсткая стена, и как сильно у меня заломлены

за спиной руки, в которых уже не было никакого ролика. Контроля над ситуацией в них тоже не

имелось.

- Ты кто такая, залупа мелкая? – суровый тихий голос рычал над самой макушкой.

А покемон, оказывается, не так уж и обидно…

- Это ты кто такой? – храбрилась я, пытаясь одновременно высвободить свою руку и увидеть

амбала, который так лихо меня завернул.

- Я первый спросил.

- А я любопытнее.

- Хрен поспоришь.

Я почувствовала, как хватка на моих руках значительно ослабла. Ещё одним колдовским

движением своих рук, бугай развернул меня к себе лицом и теперь спиной впечатал в стену,

удерживая ладонями за плечи.

Перед собой я увидела сначала татуированную шею, а затем быстро подняла взгляд в его темные

глаза. Смотрел он цепко, холодно. Но на дне его глаз читалась шальная хулиганская ухмылка.

- Матрас где? – спросил он, всё ещё держа свои ладони на моих плечах.

- Ты ищешь, где поспать, что ли?

- Матвей, - вздохнул бугай. – Матвей где? Братишка мой.

- Братишка?! – я удивленно вскинула брови и вновь опустила взгляд на его изрисованную шею.

- Ты - братишка?

- Да. Младшенький. Красивый.

- Красивый? – я скептически повела бровью.

- Сомнения? – мужик убрал от меня руки и сейчас преспокойно снимал пуховик и ботинки.

- Такой взрослый, а до сих пор веришь во всё, что мама говорит?

Он повесил пуховик на крючок и медленно просканировал меня оценивающим взглядом.

И смотрит так… Липко. Будто даже чуть-чуть трогает, хотя стоит на расстоянии вытянутой

руки.

Если бы не его внешнее сходство с Матвеем, которое мне сейчас стало очевидно, я бы никогда

не поверила в то, что он его брат. Потому что Матвей, даже когда злой, так не смотрит. Его

взгляд даже в те минуты, когда он хочет меня прибить, кажется куда мягче, чем у этого типа,

который, по сути, ведет со мной простой диалог. Но смотрит он при этом так, будто мысленно

прикидывает, во сколько пакетов я помещусь.

И если злого Матвея можно подёргать за усы и это прикольно, то этого изрисованного хочется

обойти стороной по большой-большой дуге.