уставился в потолок.

Я разглядывала его профиль. Пробегалась взглядом по лёгкой щетине и удивлялась, как быстро

у него растёт борода. Ведь он этим утром брился.

Заметила маленькую родинку под левым глазом и, не сдержавшись, вытянула руку из-под одеяла

и пригладила ему ту бровь, что была ближе ко мне.

Матвей заметно напрягся и застыл.

Зашугала я его, похоже.

Боится, наверное, что могу внезапно глаз вырвать.

- Так лучше. А то ходишь лохматый, - нарочито поворчала и вновь спрятала руку под одеяло. –

О чём разговаривали? Что-то случилось?

- Кое-что происходит, - вздохнул Матвей. – Не заморачивайся. Всё решаемо.

- С мамой и сестрой всё хорошо?

- Всё хорошо, - словно эхо повторил Матвей.

- Надеюсь, я не пожалею, что начала тебе верить, - произнесла я серьёзно.

Матвей, услышав это, повернул ко мне лицо, а затем и сам весь повернулся на бок. Удерживал

мой взгляд, нисколько не смущаясь.

Взял меня за руку, которой я держалась за край одеяла. Крепко обхватил ладонь и вытянул

руку из-под одеяла. Прижал мои пальцы к своему колючему подбородку и, продолжая смотреть в

глаза, тихо, но очень уверено ответил:

- Я делаю всё, чтобы с тобой и твоей семьей ничего не случилось.

Я поджала губы, молча выражая надежду.

Мы всё смотрели друг другу в глаза. Матвей мягко поглаживал мои пальцы и смотрел так, будто

вот-вот поцелует.

Мне бы испугаться двух дерущихся бугаев на узкой кухне, но я испугалась сейчас.

А вдруг он возьмёт и поцелует меня прямо сейчас?!

- А почему тебе не снятся кошмары? – лучше мы будем трепаться, чем вновь окажемся на грани

пососаться.

- В смысле? – Матвей нахмурился.

- Ну-у… Ты же наверняка видел много мёртвых людей. Разве они тебе не снятся?

- Первое время было. Даже блевал иногда. Потом просто привык. Работа такая, - он пожал

плечом. – Тебя тоже скоро отпустит. Уже отпускает.

- Да?

- Обычно после кошмара ты просыпаешься и болтаешь. Боишься уснуть снова. А сегодня ночью не

проснулась. Так и продрыхла.

- А ты меня обнимал?

- Конечно. Я ещё до кошмара начал, - самодовольно ухмыльнулся он.

Глава 22. Людмила

Глава 22. Людмила

Глава 22. Людмила

Проснулась от того, что кто-то рядом усиленно пыхтел. Громко так. Старательно. Я слышала,

как происходил каждый вдох и как выдох.

За окном было ещё темно.

Оно и понятно – декабрь. Солнечный свет выдается крайне ограниченными дозами.

А пока тот, кто пыхтел на полу, довольствовался светом, исходящим от светильника на

прикроватной тумбочке.

Кровать рядом со мной была пуста, и несложно было догадаться, кто там пыхтит.

Я подкатилась к краю постели, параллельно завернувшись в одеяло, как гусеничка в кокон.