- Потому что это физически сложный процесс. Переживал за твои рёбра.
- Больше не переживай. И снимай штаны. Теперь я точно хочу попробовать всё.
Матвей тихо рассмеялся. Прижался своим лбом к моему и, потеревшись кончиком носа о мой, с
улыбкой ответил:
- Всё остальное пробовать мы будем дома. Я тоже много чего хочу попробовать с тобой. И
хочу, чтобы ты при этом стонала. Долго и громко, - шепнул он многообещающе.
Глава 35. Людмила
Глава 35. Людмила
«Гы!» - единственная эмоция в моей голове всю дорогу, что мы ехали домой.
Я улыбалась как дурочка. В черепной коробке вместо мозгов булькал сладкий кисель ярких
эмоций. Теребила низ шубки и часто смотрела на Матвея, в голове которого, похоже, была та же
эмоция, что и в моей.
Стоило ему поймать мой взгляд, как он сразу притягивал мне для поцелуя, безрассудно
отвлекаясь от дороги и вождения.
- Мы разобьёмся, - хихикала я, мягко от него отстраняясь.
- Я всё равно не могу ни о чем думать, кроме того, что спрятано под «чебурашкой».
А я не могла перестать думать о том, что первый в моей жизни оргазм произошёл в полиции в
комнате для допросов.
С ума сойти!
Кому расскажи – не поверит!
Да и кому о таком можно рассказать?
Маме? Сестре? Девчонкам из универа позвонить?
Не представляю, кому об этом можно поведать.
Настолько интимная вещь, что хочется оставить только между нами и вместе с тем раструбить
на весь мир.
Мы доехали до дома, Матвей припарковал машину у подъезда и открыл для меня пассажирскую
дверь.
До подъезда держал за руку, а потом…
На первой же ступеньке мы встретились взглядами. И, как голодные, набросились друг на
друга, чтобы съесть друг друга в поцелуе.
Матвей подхватил меня на руки и, не прерывая поцелуя, поднял на второй этаж.
От моих губ оторвался только для того, чтобы открыть дверь квартиры.
Едва попала внутрь, сразу ахнула: Макс реально постарался с антуражем для лишения меня
девственности.
Лепестки красных и белых роз вели от входа в квартиру до порога комнаты. Помимо лепестков
на полу стояли зажженные свечи (к счастью, искусственные, на батарейках, но настоящее пламя
они имитировали очень естественно).
- Максимка прям постарался, - хмыкнула я одобрительно, снимая обувь.
- Может, когда опиздюлиться, - самоуверенно обронил Матвей.
Посмотрела на него и поняла, что он уже снял куртку и ботинки за то время, за которое я
успела снять только один ботинок. Из второго Матвей меня буквально выдернул, вновь напав с
горячим поцелуем.
Я успела только обнять его шею, в то время как его руки по-хозяйски блуждали по моему телу,
расстегивая шубку и спуская её с плеч.